Библиотека

Обладатель Белого Золота стр. 588

Размер шрифта
-
+
Тема

каждое биение сердца, разрывал ее в клочья каждым движением. Она сознательно цеплялась за свое «я» и отказывалась от покоя, сознательно отдавала себя на нестерпимые мучения, лишь бы сохранить способность видеть. И надежду попытаться.

— Отдашь? — со сдавленным смехом вымолвили ее уста. — Поздновато ты пришел к мудрости, жалкий низкопоклонник.

Даже в ее нынешнем положении Линден ощутила негодование — Ковенант никак не заслуживал такого прозвания. Но мокша язвительно насмехался над ним.

— Однако твое конечное унижение было предречено заранее. Ты ведь дрожал за свою жизнь, когда угодил в лапы пещерников? И правильно делал — эти простофили непременно убили бы тебя, а уж выманить у них кольцо не составило бы труда. С момента твоего призвания все твои надежды были не более чем глупостью и безрассудством. Все пути вели к торжеству Презирающего, а твои тщетные потуги…

— Я устал от болтовни, — прохрипел Ковенант. Он едва держался на ногах, но, тем не менее, сила его решимости вызывала у Опустошителей внутренний трепет. — Не льстите себя надеждой, что сумеете сломить меня.

Ощутив, как содрогнулся мокша, Линден прикрикнула на него:

— Трус! — и тут же стиснула зубы, испытав на себе силу ярости Опустошителя. Но Ковенант не видел, что происходит с ней, и не знал, какую цену платит она за неповиновение.

— Кольца ты не получишь, — угрюмо пробормотал Ковенант, — и вообще тебе повезет, ежели он оставит тебя в живых, после того как покончит со мной. — Взгляд пылающих глаз Ковенанта был тверд, как горячий мрамор. — Ведите меня к нему.

— Ну конечно, низкопоклонник, — язвительно отозвался мокша. — Я трепетно повинуюсь твоей воле.

Так или иначе, Опустошитель развернул Линден и заставил ее двинуться вдоль ущелья.

Оба подземных чудовища, которыми теперь управлял брат мокши, маячили позади Ковенанта. Но коснуться его — Линден ощущала это чувствами Опустошителя — они не смели.

Путь оказался долгим, и каждое биение наполняло ее сердце нескончаемой мукой. Опустошитель наслаждался ее страданиями и изощренно приумножал их. Извлекая образы из недр ее памяти, он обрушивал их на беззащитное сознание Линден, заставляя их казаться более вещественными и реальными, чем гранит Горы Грома.

…Марид с оскаленными клыками, рычащая как хищница Джоан, жаждущая крови Ковенанта… Души, загубленные Солнечным Ядом… Рот ее матери, склизкая мокрота, зловонная, как гниль в ее легких… Располосованные запястья отца, зияющие ликованием и смертью…

Мокша изобретал все новые и новые способы мучить ее, и она знала, что мучениям не будет конца, если только она не откажется от своего «я». Но Линден держалась. С упорством, казавшимся бессмысленным, она цеплялась за то, чем была прежде, — за Линден Эвери, давшую обещание. И в тайных закоулках души замышляла уничтожить мокшу Джеханнума.

О, этот путь показался ей очень долгим! Очень долгим, хотя она и знала — не могла не знать, — что для Опустошителя он был короток, как бросок камня через черную бездну. Наконец промозглый свет карауливших Ковенанта чудовищ выхватил из тьмы вырубленную в скале лестницу — немыслимо древнюю, с истертыми за тысячелетия ступенями, но все же достаточно широкую и безопасную. Опустошитель поднимался бодро, в радостном предвкушении. Линден же следила за Ковенантом, выискивая признаки

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.