Обмануть смерть стр. 14
И не пожалел, — в голосе снова прозвучала гордость. — Мы, хайдуты, всегда рядом были. Нас не проведешь. Обмануть можно постороннего, знающему с детства хорошими манерами и лестью выдать себя за правильного человека нельзя. Он прошел армейскую службу снизу до самого верха и прочувствовал всю жизнь военного. Деньги личные всегда тратил на своих подчиненных и вникал в их нужды. И при этом вне службы — старший брат, а в полковых порядках — безжалостный командир.
«А кроме того, — подумал Феликс, — написал „Устав пехоты“, по которому мы в Легионе обучались, и „Устав кавалерии“, на который наплевали все аристократы и генералы подряд. Настоящие фемы страшно умные и не нуждаются в подсказках. Даже кирасы для конницы — его задумка. Их используют многие, но делают вид, что сами догадались. Изобретатель железного шомпола и полевой артиллерии. Сам ставил опыты. Пожертвовал мощностью заряда и даже дальностью, зато получил конные батареи. Вот мы кровью от его умения и умылись. Шестерка лошадей может тянуть — это тебе не обычные орудия.
И побеждал он отнюдь не только силой. Замечательно умел договариваться с разными вождями. Стравливал и обещал помощь. А потом, хочешь, не хочешь, а войска у тебя в городе стоят гарнизоном. Акбар Годрас во главе армии противника — очень неприятная вещь. И ведь люди за ним пойдут, слушая такого сержанта Караса».
— Мы почему всегда побеждали, — продолжал рассказывать тот, — обучение! Иногда тяжко, честное слово, но в бою всегда малым отрядом грозного с виду противника били и крушили. Каждый дурак способен держаться в седле, а вот сложное маневрирование в составе подразделения и даже нескольких полков — шалишь! Тут надо учиться и учиться, начиная с умения ездить без стремян. И все на скорости, не сбившись и не ломая строя. Постоянно, даже на отдыхе тренировались. Ни одна лошадь не оставалась на конюшне двух дней кряду. Мы всех и всегда уделывали! — явно позабыв, в чьем обществе он это рассказывает, воскликнул Карас.
Легионеры отреагировали спокойно. Первое удивление прошло, а древние правила воинского поведения им вбили в мозги надежно. За погибшего в бою не мстят. Когда Навсар возмутился вспышкой Тора, он как раз повел себя очень правильно.
— А что ты не ешь? — озаботился кирасир.
— Муторно. Голова кружится, как бы назад все не пошло.
— Надо, — наставительно сказал сержант, — силы надо восстановить.
Сейчас стало видно, что он не просто старше всех, а заметно старше. Раза в два.
— А все-таки? — крайне заинтересованно переспросил Куш. — Много вы на Великой реке поимели?
— Кавалеристы, согласно традиции, в пять раз больше остальных.
— Ну-ну, — пробурчал недовольно Тор, будто его лишили честного заработка.
— Кому и деньги не подмога, за два дня тонну золота спустят. Карас сделал многозначительную паузу и добавил: — У меня имение теперь есть. Небольшое, сто шестьдесят желтеньких империалов дохода в год.
— Неплохо, — согласился Тор, извлекая из сумки пакетик. — Сейчас попробуем Навсару помочь.
— Что значит неплохо? — возмутился Куш. — Хочу в кирасиры! Нам такое и не снилось.
— За дезертирство отвечает отделение, — меланхолично напомнил Феликс.
На этот счет они первым делом выучили устав: «…бегущие от противника должны быть остановлены своими товарищами. Если не подчиняются — позволительно убить. Дезертиры считаются бесчестными людьми и должны понести телесное наказание с последующей