Обмен разумов стр. 3
— Ойра, омбре, айн клейннахтмузик эс демасиадо, нихт вар? Дер Тодт ты руве коснуться…
— Попроще, — прервал Билли не по возрасту солидно.
— Извини, — продолжал Марвин открытым текстом. — У меня просто… Ах, Билли, мне просто ужасно хочется путешествовать, право!
Билли кивнул. Ему было известно, какою страстью одержим его друг.
— Ясно, — сказал он. — Мне тоже.
— Но не так сильно, Билли… Я себе места не нахожу.
Принесли мороженое с фруктами. Марвин не обратил на него внимания и продолжал изливать душу своему другу детства.
— Мира, Билли, поверь, нервы у меня на взводе, как пружина в пластмассовой игрушке. Я все думаю о Марсе, Венере и по-настоящему далеких местах вроде Альдебарана и Антареса, и… черт возьми, понимаешь, даже думать не могу ни о чем другом. В голове у меня то Говорящий Океан Проциона-четыре, то трехстворчатые человекоподобные на Аллуи-два, да я просто помру, если не повидаю тех мест воочию.
— Точно, — согласился друг. — Я бы тоже хотел их повидать.
— Нет, ничего ты не понимаешь, — возразил Марвин. — Дело не в том, чтобы повидать… тут совсем другое… гораздо хуже… пойми, не могу я прожить здесь, в Стэнхоупе, всю жизнь. Пусть даже у меня недурная работа и я провожу вечера с первоклассными девчонками. Но, черт побери, не могу я просто жениться, наплодить детей и… и… есть же в жизни что-то еще!
Тут Марвин снова сбился на мальчишечью неразборчивую скороговорку. Однако смятение прорывалось сквозь неудержимый поток слов. Поэтому друг мудро кивал головой.
— Марвин, — сказал он мягко, — это все ясно как дважды два, ей-богу же, гадом буду. Но ведь даже межпланетное путешествие обходится в целое состояние. А межзвездное просто-напросто невозможно.
— Все возможно, — ответил Марвин, — если пойти на Обмен Разумов.
— Марвин! Ты этого не сделаешь! — вырвалось у шокированного друга.
— Нет, сделаю! — настаивал Марвин. — Клянусь Кристо Мальэридо, сделаю!
На сей раз шокированы были оба. Марвин почти никогда не употреблял имени божьего всуе.
— Как ты можешь?! — не унимался Билли. — Обмен Разумов — грязное дело!
— Каждый понимает в меру своей испорченности.
— Нет, серьезно. Зачем тебе нужно, чтобы у тебя в голове поселился пескоядный старикашка с Марса? Будет двигать твоими руками и ногами, смотреть твоими глазами, трогать твое тело и даже, чего доброго…
Марвин перебил друга, прежде чем тот ляпнул какую-нибудь пакость.
— Мира, — сказал он. — Рекуэрдо ке на Марсе я стану распоряжаться телом этого марсианина, так что ему тоже будет неловко.
— Марсиане не испытывают неловкости, — сказал Билли.
— Неправда, — не согласился Марвин. Младший по возрасту, он во многих отношениях был более зрелым, чем друг. В колледже ему хорошо давалась Сравнительная межзвездная этика. А жгучее стремление путешествовать сделало его менее провинциальным, чем друга, и лучше подготовило к тому, чтобы становиться на чужую точку зрения. С двенадцати лет — с тех пор, как он научился читать, — Марвин изучал уклады и обычаи множества различных рас Галактики. Больше того, по Симпатическому проецированию личности он набрал девяносто пять очков из ста возможных.
Он вскочил на ноги.
— Разрази меня гром! — воскликнул он, хлопнув себя правым кулаком по левой ладони. — Так и будет!
Загадочная алхимия решения сделала Марвина другим человеком. Без колебаний он вернулся домой, уложил легкий чемодан, оставил родителям записку и сел в реактивный лайнер, следующий в Нью-Йорк.
Глава