Очерки истории российской внешней разведки. Том 2 стр. 164
турецкой стороны.
Переговоры между представителями, облеченными широкими полномочиями, проходили довольно долго. Не было недостатка в разумной осторожности, попытках предугадать результаты и возможные последствия каждого шага. В итоге была достигнута договоренность о «честном партнерстве» и сотрудничестве по тем проблемам, которые представлялись наиболее важными для каждой из служб. В частности, советская разведка считала для себя и своей страны особо опасной в данном регионе подрывную деятельность белогвардейских и националистических эмигрантских организаций, имевших свои штаб-квартиры на территории Турции. Их вожаки не скрывали, что Советский Союз является для них главным врагом, и активно сотрудничали на антисоветской основе с разведками иностранных государств. В первую очередь это относилось к Англии.
Для турецких партнеров главным источником беспокойства были происки английской и итальянской разведок в их стране, а также антикемалистские и дашнакские движения за пределами Турции.
Именно по этим вопросам был организован и осуществлялся обмен информацией. Турецкие коллеги, по их собственному признанию, получили также от ОГПУ очень важную помощь в организации шифровального и дешифровального дела.
Результаты сотрудничества органов безопасности Турции и СССР не раз получали высокую оценку правительств обеих стран.
Эти контакты поддерживались до середины 1931 года. Позднее, когда международная обстановка осложнилась, а руководство Турции взяло курс на сближение с западноевропейскими державами, турецкая контрразведка стала постепенно сокращать объемы и частоту общения с советскими коллегами, вынужденными отвечать им тем же. В итоге контакты прекратились, хотя ни одна из сторон официально не заявляла о желании сделать это.
Период относительно короткого по времени взаимодействия с турецкой контрразведкой показал, что в мире появились государственно-политические круги и спецслужбы, которые по собственной инициативе пошли на установление негласных связей с советской внешней разведкой как сильным и выгодным партнером. Следует подчеркнуть, что наше взаимодействие с турецкими контрразведчиками при некоторых взаимных политических симпатиях базировалось главным образом на строгом учете совпадавших интересов и не было обременено какими-либо идеологическими или политическими обязательствами.
1
Documents on Britain Foreign Policy, 1919–1939. — L. 1949. — Vol. 3. -P. 369–370. Под Курдистаном англичане, очевидно, имели в виду области Советской России, населенные курдами, на Кавказе.
2
Красная книга ВЧК. — М., 1989. — T. 1. — С. 89.
3
Архив ФСБ, ф. 1, оп. 4, пор.н. 13, л. 86.
4
Архив ЦК КПСС, VI сектор, д. 34-А (б-б), л. 3–4.
5
Архив ФСБ, ф. 1, оп. 3, пор.н. 13, л. 1.
6
Архив ЦК КПСС, VI сектор, д. 34-А (б-б), л. 8–9.
7
Архив ФСБ, ф. 8, оп. 6, пор.н. 161, л. 277.
8
Архив ЦК КПСС, VI сектор, д. 34-А (б-б), л. 106–109.
9
Макаров П.В. Адъютант генерала Май-Маевского. — Л.: «Прибой», 1929. -С. 12.
10
Дроздовцы — военнослужащие дивизии генерал-майора Добровольческой армии Михаила Гордеевича Дроздовского (1881–1919).
11
Впоследствии, после создания ИНО ВЧК, так называли «нелегалов».
12
Так в оригинале текста.
13
ЦГАКА СССР, ф. 25853, оп. 7, д. 18, л. 99.
14
Власть труда (орган Центросибири). — № 85. — 12 мая. — 1918 г.
15
Туман — иранская золотая денежная единица конца XVIII — начала XIX века.
16
Деникин А.Н. Очерки русской службы. — Б., 1924. — Т. III. — С. 89.
17
Коллекция ЦГАОР СССР. Самборский В.В. Записка о причинах крымской катастрофы.
18
Шкаренков Л.К. Агония белой