Одна ночь соблазна стр. 137
двух часов ночи регент, беспокоясь о своей подагре, отправился спать в свои раззолоченные покои, исполнять роль хозяев остались его беспутные братья. Осипшие от спиртного королевские высочества приказали налить всем коньяка и подняли ставки пари, невзирая на то, что, как и Алек, сидели без единого пенни.
В состоянии мрачной решимости Алек начал четвертый час игры. Он глубоко вздохнул и принял колоду. Наступила его очередь сдавать.
В который раз.
Потрясенная и смущенная, Парфения сложила руки на груди и молча ждала, пока отец, сидя за огромным столом в библиотеке, перечитывал ужасное сообщение, которое вечером принесли в коробке от лент.
— Ну? — взволнованно спросила Парфения, обняв свои плечи руками — ее охватил озноб при мысли, что за ней столько времени ухаживал убийца. — Что вы думаете?
Ее отец оперся щекой о кулак и задумчиво смотрел на пламя свечи.
— Я не знаю, дочка. Я в растерянности. Все это может быть трюком. У Куркова, как и у всех могущественных людей, много врагов. У меня, например, они точно есть.
— Ни один враг никогда не обвинял вас в том, что вы тайно содержите человека в темнице, мучаете его, а потом стреляете ему в спину, папа.
— Но князь сам мне рассказывал, что его молодая кузина слегка помешана. Такое часто случается в древних родах. Вспомни, она пыталась вломиться в дом… — Его голос зазвучал неуверенно, черты лица омрачились. — Но, возможно, для этого была другая причина.
— Ну конечно, папа! Она пыталась заставить вас ее выслушать. Теперь это очевидно. Неужели вам кажется, что эти записки похожи на бред лунатика? Изложение вполне логичное, совершенно ясное. Уверяю вас, особа, с которой я разговаривала на дамском пляже, такая же нормальная, как вы и я.
Они смотрели друг на друга в мрачном молчании, оценивая грозные перспективы. Каждый невольно содрогался при мысли, что они множество раз принимали у себя убийцу.
— Если вы все еще не верите этим запискам, то, может быть, поверите своим глазам, папа. Подойдите, пожалуйста, к окну, — пробормотала она, задув свечку и отодвигая портьеру.
Уэстленд подошел к дочери.
— В письме мисс Уорд говорится, что за нами следят, — прошептала девушка. — Посмотрите и сами увидите. — И она указала на дальний, затененный листвой уголок невдалеке от дома.
Глаза герцога сузились. Парфения услышала, как он шумно вздохнул, когда различил темный силуэт крупного мужчины, который явно прятался под ветвями деревьев.
— Они стоят по всему периметру дома. Я уже проверила. Это все правда, папа. Михаил держит нас под стражей.
— Дьявол побери этого князя! — вскричал герцог и повернулся в другую сторону. Там, в темноте, он различил еще одну прячущуюся фигуру. Уэстленд опустил штору и потянул дочь от окна.
— Как я мог быть так слеп? — воскликнул он.
— Не расстраивайтесь, папа. Я ведь никогда не была влюблена в Михаила. Просто позволяла ему ухаживать за мной, чтобы угодить вам.
— Вот как? — резко буркнул Уэстленд.
— Ах, папа, мое сердце всегда принадлежало лорду Драксингеру.
— Что? — вскричал отец.
В этот момент в библиотеке послышался громкий стук в наружную дверь.
Парфения посмотрела в ту сторону с расширившимися от страха глазами.
— Кто это может быть в такой час?
— Понятия не имею, — пробормотал ее отец, загораживая собой дочь. — Пойду и посмотрю.
— Уэстленд! Уэстленд,