Одна ночь соблазна стр. 156
все они будут рады тебе.
Вскоре, сидя вдвоем на рослом темно-кауром гунтере, они уже спускались с поросшего лесом холма; Алек посадил Бекки на луку седла и крепко держал ее за талию, заставляя свою чистокровную лошадь идти размеренным шагом.
Чтобы вернуть Бекки душевное спокойствие после пережитого похищения, он пытался развлечь девушку описанием выигранного богатства. Теперь, когда Бекки оказалась в безопасности, Алек мог позволить себе мечтать о том счастье, которым собирался наслаждаться вместе с ней всю оставшуюся жизнь.
— Чудесный конь. — Бекки погладила животное по шее. — Как ты его назовешь?
— Как пожелаешь. Подожди, пока не увидишь наш новый экипаж. Я выиграл для тебя массу замечательных вещей. — Он носом потерся о ее ухо. — Сапфировые серьги, замок во Франции, знаменитую скаковую лошадь, долю в торговом судне, чайную плантацию где-то в восточной Индии.
— Алек! Кто-то едет! — прошептала Бекки. Напряжение еще не оставило ее.
Алек стал вглядываться вдаль, а гунтер настороженно поднял купированные уши. Как только они свернули с заросшей лесной дороги, Алек сразу увидел, в чем дело. По пыльному тракту во главе двадцати драгунов летел во весь опор Нелюдов. Алек окликнул русского. Кавалькада остановилась.
— Дорогая, это мистер Нелюдов, агент русского императора, о котором я тебе рассказывал. Тот самый, которого я просил не ездить за мной, — с
нажимом добавил он.
— Где Курков? — резко спросил Нелюдов Алека.
— Мертв. — И Алек быстро пересказал, что случилось. Нелюдов с уважением посмотрел на Алека.
— Вы убили их всех?
Драгуны обменивались изумленными взглядами и что-то восторженно бормотали.
— Но леди Кампьон все же скрылась. Поскакала в том направлении. — Алек указал на дорогу. — Кроме того, что она была сообщницей Куркова в похищении, она может что-нибудь знать о заговоре, ведь он доверился ей в деле Бекки.
Русский кивнул.
— Я потом подробнее расспрошу вас о смерти Куркова.
— Как пожелаете, — любезно отозвался Алек. Нелюдов сделал знак своим людям, и всадники бросились в погоню за баронессой.
Вернувшись на разоренную виллу, Алек и Бекки обнаружили, что Уэстленд и граф Ливен все — еще там и с тревогой ждут известий. Все столпились вокруг вновь прибывших. Дрэкс, Пар-фения, оставшиеся на месте драгуны, несколько местных констеблей — все хотели знать, что произошло потом.
— Вам удалось вернуть ее! — воскликнул посол и поцеловал руку Бекки, когда она еще не успела спуститься с лошади. — Дорогая моя, без вас мы бы никогда не разобрались до конца в вероломных действиях Куркова. Вы и лорд Алек оказали нашему императору неоценимую услугу. И смею сказать, наш император не забывает своих друзей.
— Позвольте же, Ливен. Я обязан извиниться перед этой молодой леди, — открыто заявил герцог Уэстленд. Он помог Бекки спрыгнуть с лошади, изящно поклонился и взял в руки обе ее ладони. — Мое дорогое дитя, простите ли вы меня когда-нибудь? Мои слуги обязаны были провести вас ко мне в тот роковой день, когда вы пришли, чтобы сообщить правду о Куркове, а вместо этого я поверил его лжи.
— Вашей светлости незачем передо мной извиняться, — мягко запротестовала Бекки.
— Тем не менее я прошу у вас прощения. И у этого джентльмена тоже. — Уэстленд протянул Алеку руку. — Я недооценил вас, Найт. Зная вашего брата, Хоксклиффа, я был не вправе усомниться в достоинствах той крови, которая течет