Офсайд 2 стр. 324
исход, но он все равно неизбежен. Дело времени.
Меня снова начинает трясти, но на этот раз от рыданий. Я плакала в последний раз, когда Пол рассказал мне о похищении Джейсона, и вот снова. Снова это чувство зависимости от чужой воли, безнадежности и фатальности. Я никогда не избавлюсь от него… потому что он часть меня. Но я никогда не стану его частью. Джейсон никогда не пустит меня на запрещенную территорию. И я не скажу ему, как много знаю, как много мне рассказал Пол. Он не узнает, что, глядя на него сейчас, я вижу двоих: безжалостного хищника, который идет к цели, плюя на чувства окружающих, и сломанного несчастного мальчика, нуждающегося в ком-то, кто просто будет любить его, не пытаясь лезть в душу. И я оплакиваю их обоих, сломавших и мою жизнь. Мы по-прежнему заперты в клетке и ходим по кругу.
– Не плачь, малышка. Пожалуйста, не плачь, – шепчет Джейсон, обхватывая ладонями мое лицо и отстраняясь, чтобы посмотреть на меня. Его взгляд глубокий, тревожный, нежный, темный и не до конца понятный. Я отрицательно качаю головой, ударяя кулачком в его грудь. Какая жалкая попытка.
– Что ты сделал со мной? – хрипло спрашиваю я. – Посмотри, в кого я превратилась! Это не жизнь, Джейс. Понимаешь?
– Попробуй поверить
мне, и мы все исправим, – мягко говорит Доминник, пальцами стирая мои слезы. Его темные глаза сверлят меня, поглощая остатки разума, ломая мои заслоны, взрывая баррикады. Я никогда не стану достойным соперником в этой игре. И всегда лишь пешка, которую берут первой.
– Поверить? – я насмешливо кривлю губы, ощущая потребность причинить боль, унизить, заставить чувствовать то, что я сейчас. – Ты хоть понимаешь, о чем просишь? Джейсон, очнись! Ты стрелял в меня.
– Не в тебя, – побледнев, поправляет Доминник. Я с удовлетворением замечаю, что удар достиг цели.
– Но ты хотел!
– Я был не в себе.
– Ты всегда был не в себе. И никогда не будешь в себе. – Я отталкиваю его руки, почувствовав, что контроль, покидая его, возвращается ко мне. Поднимаю валяющийся рядом свитер, быстро одеваюсь. – Спасибо, было приятно, но на этом все.
– Лекси… – его глаза опасно сверкают уже знакомым яростным огнем, губы сжимаются в жесткую улыбку, но каким-то чудом Джейсон удерживает себя в рамках. Он неторопливо встает на ноги, не сводя с меня пронзительного взгляда, который бьет прямо в сердце, не давая ни малейшей передышки. Я игнорирую протянутую руку и поднимаюсь сама. Ноги еще немного дрожат.
– Уходи, Джейсон, – тяжело вздохнув, произношу я, обхватывая себя руками. – Или мы убьем друг друга. Рано или поздно.
– Этого не произойдет. Все изменилось, детка, – Джейсон шагает ко мне, протягивает руку, убирая пряди с моего лица, шеи, – Я больше не нуждаюсь в твоей боли, – произносит он, глядя на побелевшие со временем следы от веревки на моей шее. Такие же, как у него… Он заставил меня пройти свой путь, и я понимала, насколько сильно его сломали. Но это была его беда, его боль и трагедия. Джейсон не имел права делать это со мной, но он сделал…, и я даже ненавидеть его за это не могу. Потому что понимаю, мать его, насколько он безумен, потому что я такая же.
– Слышишь меня? – проникновенным