Офсайд 2 стр. 327
снова позволю себе быть с ним, и он никогда не сделает меня счастливой, потому что сам не знает, что это такое. И я даже не злюсь на него. На самом деле, я все ему простила. Ты изменил меня, закодировал, но я никогда не смирюсь с ролью твоей шлюхи, но только ее я и умею играть.
– Я научу тебя играть другую роль, – мягко обещаю я, целуя ее пальцы. Лекс словно пробудившись из забытья, вырывается, бросая на меня ледяной взгляд.
– Как? Как ты это себе приставляешь? Откуда ты взялся? Что ты делал? Ты понимаешь, что у меня совсем другая жизнь, и
моя семья никогда не поймет, если увидит сейчас тебя здесь. Отец устроит самосуд, а мама вызовет полицию.
– У меня тоже совсем другая жизнь, – возражаю я. – Черт, мне теперь даже предложить тебе нечего, но я здесь. И я не уйду, пока не получу тебя.
– Я не вещь! – отчаянно кричит Лекси, пробуждая во мне темное начало. Истерики, особенно женские, даже святого доведут до греха. А я не святой.
– Ты принадлежишь мне, – по слогам произношу я, твердым и хлестким тоном. – Ничего не изменилось. Ты же понимаешь, что мы связаны. Навсегда.
– Да, ты связал меня, но это не сделало меня твоей рабыней.
– Мне не нужна рабыня, Лекс, – яростно возражаю я. Упрямая идиотка. Да, я заслужил, но она же и слушать не хочет. – Мне нужна любимая женщина.
– И когда ты это понял, Джейс? – с вызовом спрашивает Лекси.
– У меня было много времени. – туманно отвечаю я. Она напряженно смотрит на меня, ожидая продолжения. Мне нужно убедить ее. Я знаю, что могу это сделать, если скажу правду. – Я был там, где многие события видятся под другим углом, масштабнее, яснее. Я исцелял свою душу от грязи, которая в ней была. Не скажу, что стал святым, но мне многое удалось исправить, пересмотреть. Я думал о тебе… редко. Не потому что забыл, это невозможно. Я не пускал боль в свое сердце, чтобы закончить процесс очищения. Я мог бы жить без тебя там. А ты могла бы жить без меня здесь. Ни счастливо, ни плохо. Никак. И с этой пустотой мы дошли бы до конца. Но я не хочу пустоту сейчас, глядя на тебя, и понимая, как много мы можем дать друг другу, если постараемся, если рискнем поверить снова.
– Ты не понимаешь, о чем просишь, – шумно вдохнув, произносит Лекси, неуверенно глядя в сторону, и иногда на меня. – Есть моменты, через которые нельзя перешагнуть. И забыть нельзя.
– Расскажи мне о них. Что я сделал, Лекс? Тогда… – прерываюсь, проведя ладонью по лицу. Я должен знать, должен. – Последнее, что я помню, как привязывал веревку к крюку в стене.
Лекс вскидывает на меня изумленный взгляд, в котором постепенно появляется другое выражение.
– Ты не помнишь, – выдыхает Лекси, констатируя факт, а не переспрашивая. Снова проходит к бару, ставит еще стакан рядом со своим. Наливает в оба, и протягивает мне один. Я отрицательно качаю головой. Не произнося ни слова, Лекси приближается почти вплотную и вставляет стакан в мои пальцы. Я удерживаю его, но выпивать содержимое не тороплюсь. Лекс возвращается к барной стойке.
Она могла бы помучить меня, потянуть