Библиотека

Огненная земля стр. 40

Размер шрифта
-
+
Тема

шрапнельным веником.

— В Крыму сообразим, — сказал дядя Петро. — И в Феодосии бани имеются, наверняка знаю.

— До Федосьи вытрусишь кости, — пошутил Шулик. — До Феодосии Керчь надо через пролив взять, а потом Турецкий вал, Акмонайские укрепления, а там еще Три Колодезя и еще…

Входили в город. На окраине, по всей длине улицы, остановилась на ночь колонна грузовых машин. В разгороженном саду, под яблоней, выделявшейся своей низкой и округлой кроной, горел костер. Вокруг огня стояли и сидели на корточках красноармейцы. На машинах спали сидя мотострелки, и кое-где у кабинок стояли люди.

— Этим чудакам везде, как у тещи на именинах, — неодобрительно заметил Брызгалов. — Тут

объекты рядом, а они огни открыли…

— Теперь немцу не до твоих объектов, — перебил его Воронков. — Пущай ребята погреются. Ночи на этом Кавказе холодные. — Он вгляделся в сторону костра. — Василенко, может, машины с Горького идут, наших горьковчан узнаем?

— А что они тебе, если и узнаешь?

— Письмишко бы самый раз подкинуть. Тут шоферы, бывает, по маршруту гоняют машины в оба конца.

— Вряд ли, Воронков.

Солдаты, заметив колонну, оставили костер и направились к дороге. Спавшие на грузовиках вставали, спрыгивали на землю. Колонна была разбужена, и везде зачернели силуэты вооруженных пехотинцев.

Роты без взаимного сговора подтянулись, выровнялись в четверках, «взяли ногу». Они шли под взглядами людей другой воинской части — солдат, знавших, что такое настоящий шаг и выправка каждого взвода. Может быть, их наблюдали сейчас будущие соратники по штурму Крыма. Моряки вышагивали, как на параде.

Привычное ухо Букреева сразу уловило изменение ритма движения.

— Слышите, комиссар? — спросил Букреев.

Батраков оглянулся, его глаза блеснули, и на лице можно было угадать одобрительную улыбку.

От грузовика к грузовику переходил уважительный говор:

— Матросы пошли!

— Морская пехота тронула! Десантники!

1714715881_66347ce9aa034.webp

Морская пехота тронула! Десантники!

— Раз моряки тронули, на Крым пойдем.

Высокий боец в накинутой на плечи шинели крикнул с трехтонки:

— Севастополь брать, морячки?

— Это тебе не пышка, — дружелюбно ответил ему Кондратенко, шагавший во главе взвода матросов «тридцатки». — Его и на ладошку не кинешь — горяч.

Моряки слышали товарищеское одобрение красноармейцев:

— Морская пехота тронула! Матросы!

— Эти дадут фашистам духу!

Букреев удовлетворенно прислушивался к этим возгласам, так же как к ритмичному рокоту подкованных сапог позади себя. Как бы то ни было, но и его неусыпными заботами создана эта воинская часть. Он чувствовал за собой сильный и слаженный отряд.

…В районе пристани моряков встретили Манжула и Шалунов, одетые в кожаные костюмы, высокие штормовые сапоги, зюйдвестки. Они сразу напомнили Букрееву благополучный переход от П. Это было как бы добрым предзнаменованием. Шалунов, как всегда общительный и веселый, попросил разрешения комбата развести роты по кораблям. Не один десант сажал Шалунов на суда. Перешучиваясь с офицерами (почти все ему были знакомы по прошлым операциям), Шалунов каждой роте указал направление. Везде у него были расставлены распорядители, и потому никто не толпился на пирсе. Люди растекались по кораблям с быстротой, похвальной даже для такой хорошо обученной десантной части.

С урчанием плескалась вода. Доски причала, казалось, то поднимались, то уходили из-под ног. Ошвартованные борт о борт сторожевые катера выделялись тонкими крестовинками антенных мачт, контурами своих рубок и кругами зачехленных прожекторов.

Подошел Звенягин и, скупо похвалив Букрееву его людей, закурил. Казалось,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.