Огонь и пепел стр. 164
«Я и есть я».
Несмотря ни на что, Бенни улыбнулся себе.
Он захотел рассказать об этом Никс. Он знал, что она бы поняла, и эти мысли вернули что-то еще на место в его голове. Они с Никс много ссорились с тех пор, как покинули Маунтинсайд, их отношения напоминали скорее дружбу, чем любовь. Ему казалось, что он понимает почему. Двое влюбленных были наивными и невинными детьми в уединенном городе, спрятанном за забором. Этих детей больше не существовало. Для Бенни путь от наивного ребенка до познавшего мир юноши начался, когда Том отвел его в «Руины», и Бенни увидел реальность внешнего мира. Настоящий мир совсем не был похож на ту версию реальности, которую он придумал в своей голове. Даже такие вещи, как битва и приключения, оказались другими за воротами. Это было невесело, они не были частью игры. Людей ранили, и они умирали, и не всегда наступал счастливый конец, нельзя было просто убрать фигурки с доски и начать все заново. Для Бенни все началось с этого, но процесс изменения включал в себя еще и борьбу за жизнь. Убийства, спасение своей жизни и жизни других, необходимость видеть, как умирают люди. Как умирает Том. А затем они покидают место, где похоронен его брат, и идут дальше, в «Руины», мимо знакомых мест и какого-либо шанса на безопасность. Там, где каждый день был изнуряющим, и каждый выбор давался с трудом, что-то произошло со старым Бенни. Он не умер, но ребенок в нем отступил назад, и появилось нечто другое. Не взрослый — а подросток, который сам управлял своей жизнью.
Должно быть, такой же процесс происходил и в Никс. Она больше не была веселой, счастливой, беззаботной девушкой, в которую влюбился Бенни. Жизнь с тех пор не давала ей много поводов дня смеха, а счастье было трудно сохранить под жестоким солнцем пустыни. А кто был беззаботным здесь, в «Руинах»? Джо притворялся, что он такой, но теперь Бенни знал, что старый рейнджер исполнял роль. В действительности он был человеком с разбитым сердцем, который провел всю свою жизнь, пытаясь спасти мир и постоянно разочаровываясь в людях, которым он должен был доверять. Его веселая болтовня и шутки, скорее всего, были тем, что помогало ему держаться на ногах.
Никс, должно быть, почувствовала, о чем он думает, как часто бывало. Она повернулась и взглянула на Бенни. Тот коротко кивнул ей и одарил быстрой, но искренней улыбкой. Никс нахмурилась на секунду, а потом он заметил тот самый момент, когда они поняли друг
друга.
И тогда Бенни увидел в глазах Никс нечто, чего не видел со времен смерти ее мамы.
Радость.
Лишь искорку. Но доказательство того, что этот огонь полностью не погас, не больше, чем его собственный.
Из-за этого ему захотелось громко рассмеяться, закричать, обнять ее.
Но Никс отвернулась и последовала за рейнджером и его собакой. Бенни двинулся за ней сквозь дым и темноту в место тайн и смерти, но при этом Бенни Имура был по-настоящему счастлив и доволен впервые в жизни.
«Да, — подумал он, — вот кто я такой».67Они двигались по зданию. Здесь были кладовые с научным оборудованием, офисы, в которых остались