Огонь и пепел стр. 168
и ты хотела забрать свою команду обратно в Убежище.
Еще до того как он закончил, Макреди уже начала качать головой.
— Мы точно знали, насколько активны ходоки. Мы уже собрали нескольких, чтобы отослать в Убежище, чтобы команда Джейн Рейд могла изучить разные мутации. Остальные были нашими объектами для тестов. Мы выпустили их в мир рядом с «Наде-ждой-1», чтобы посмотреть, заразят ли они остальных своим мутагеном. Так и было. И очень-очень быстро. Как только мы заметили, как это работает, я сказала Джейн, что хочу вернуть свою команду в Убежище, чтобы заняться всем по-настоящему.
— Подождите, — сказал Бенни, — ваши слова все еще не имеют смысла. Начните сначала.
— Послушай, Моника, — сказал Джо, — записей серии D либо не было в самолете, либо кто-то забрал их из-под обломков.
— Они были в чертовом самолете, — прорычала Макреди.
— Тогда их забрали. Мы не можем их найти, а записи, которые у нас на руках, указывали на то, что ты забрала их с собой.
Бенни спросил:
— Думаете, кто-то занялся ими? Специально оставил ложный след?
— Начинает так казаться, да?
— Зачем?
— Это еще предстоит узнать, — сказал он Макреди. — Есть ли способ воссоздать «Архангел» без тех записей?
Она подумала над этим.
— Без записей серии D? Нет. С теми записями — да. Нужны лишь основные химикаты, некоторые минералы, свинья и ходок. Все могут сделать «Архангел». Трюк в том, чтобы довести его до порошковой формы. В самолете были бумаги, в которых сказано, как и это сделать. Я подготовила их, чтобы Рейд могла перенести их во все лаборатории Государства, — она остановилась и поникла, словно до нее дошло значение всего произошедшего. — Боже, мы потеряли восемнадцать месяцев. Все это уже должно было кончиться. Все ходоки уже должны были умереть.
70— Посмотрите на шары! — сказала Ева, и ее лицо засветилось от радости.
Бунтарка встала со своего места на песке, рядом с малышкой. Люди выходили из всех ангаров, общежития и столовой, чтобы посмотреть на этот странный спектакль. Тысячи цветных шариков прыгали среди мертвых, и толпа зомби быстро возбуждалась, кидаясь на них, хватая и кусая.
Это было что-то, чего Бунтарка и представить себе не могла. Это было так абсурдно, так странно, что она поняла, что улыбается.
Это сделали монахи?
Нет, это было смешно.
Солдаты в ангаре?
Как будто отвечая на эту мысль, внезапно начали, словно банши, орать сирены. Мертвые остановились, и многие повернулись на звук. Некоторые даже побрели в ту сторону, привлеченные звуком или движимые каким-то остаточным рефлексом в конечностях и нервах. Но остальные за ними не последовали.
Сирены были далеко. Шарики прыгали прямо здесь.
— Оставайся тут, — сказала Бунтарка Еве, ушла с игровой площадки и побежала к краю рва. Ее сердце шумно стучало в груди.
Один за другим мертвые отвернулись от сирен. Они хватали ближайшие воздушные шары и рычали, когда те лопались. Бунтарка заметила вспышку цвета. Не ярко-желтой, голубой или зеленой резины, а ярко-красную — такого цвета был воздух, выходящий из лопающихся шаров. Это была пыль?
Или… порошок?
Он прилипал к коже зомов. Падал на их глаза и в открытые рты, отбрасываемый силой взрывов.
— Что за черт? — спросила она вслух.
Некоторые мертвые остановились там, где были, их тела сотрясались и дрожали, словно началось землетрясение. Но