Огонь и пепел стр. 316
кивнул. — И скотина.
— Мне нравится это с игуанами и перцем халапеньо.
— Точно-точно.
Они взглянули друг на друга и широко улыбнулись.
— Я действительно скучал по тебе, чувак, — сказал Бенни.
— Я тоже действительно скучал по себе, — ответил Чонг.
Доктор Макреди проверила бинты Бенни, нахмурилась и передала ему небольшой узелок с лишними бинтами, антисептиком и бутылкой синих таблеток.
— Они от боли, — сказала она.
— Я стану сонным из-за них?
— Да.
— Тогда нет, спасибо.
Она покачала головой.
— Перестань разыгрывать из себя мачо и возьми. Если сейчас они тебе не нужны, как только вы начнете осуществлять свой дурацкий план, тебе они понадобятся. Поверь мне.
Он взял сумку.
Макреди улыбнулась ему и протянула руку.
— Тебе пятнадцать?
— Почти шестнадцать.
— Когда мне было пятнадцать, я писала стихотворения и гадала, будет ли у меня парень на балу в десятом классе.
— Что это?
— Не важно, — потом она сделала то, чего Бенни точно не ожидал от нее. Она наклонилась и поцеловала его в щеку.
— Береги себя и выживи.
Она развернулась и ушла, чтобы проверить Джо. Бенни смотрел, как она уходит. Эта женщина, как и большинство людей, которых он встретил, покинув свой город, была противоречивой. Гениальной, колючей и с каждого нового ракурса казалась другой.
Подошла Лайла и встала перед Чонгом, который пытался выбраться из своего инвалидного кресла.
— Я могу понести тебя.
— Нет, не можешь.
— Я достаточно сильная, — сказала она.
— А я нет, — ответил Чонг. — И Бенни никогда-никогда не даст мне об этом забыть.
Она пристально посмотрела на Бенни.
— Это правда, — признал он. — Никогда.
Ее губа поднялась, пока она пыталась придумать какой-то ядовитый комментарий. Вместо этого она издала низкое горловое рычание. Было очень похоже на Гримма.
— Тогда вставай и иди, глупый городской мальчишка, — рявкнула она.
Чонг напихал карманы мешочками с «Архангелом», а потом протянул руку.
— Как насчет небольшой помощи?
Судя по выражению лица Чонга, было ясно, что Лайла чуть не вырвала его руку из плеча. Он стоял перед ней на подгибающихся коленях, бледный как смерть. И хотя Бенни скорее бы умер, чем произнес это, но его друг никогда не был так похож на зома, как сейчас.
И с этой мыслью пришла другая, отвратительная, колкая. Если они смогут вернуться в город и если каким-то образом армию жнецов можно остановить, Чонгу придется сообщить новости своим родителям о том, что он был инфицирован, что он всегда будет инфицирован, что он был лишь в крошечном шаге от границы между собой и монстрами, которых все в мире ненавидели и боялись.
Что они скажут? Как отреагируют?
Как отреагирует остальной город?
Он внимательно смотрел на бледное лицо лучшего друга и знал, что никакая таблетка не могла облегчить всю ту боль, что Чонгу еще предстояло испытать.
Но одно он знал… что бы ни случилось, что бы кто ни сказал, Бенни будет рядом с Чонгом. Как и Никс. И, без сомнений, Лайла.
Пока Лайла помогала Чонгу, Никс подтянула его кресло ближе к Бенни и уселась в него. Они взялись за руки и склонились ближе для поцелуя.
— Я хотела кое-что сказать, — начала она.
— О боже, Никс, если это что-то в стиле речи «на тот случай, если мы умрем»…
Она улыбнулась.
— Не совсем. Я хочу