Огонь и пепел стр. 328
поражения и сел на голую землю.
— Я не могу с этим справиться, — сказал он. — Вот что они сделают с Маунтинсайдом. Вот что они сделают с моей семьей.
Он спрятал лицо в руках. Лайла села на корточки рядом с ним и прижалась щекой к его голове. Было ясно, что она понятия не имела, что нужно сказать, и раздражение от этого было видно в каждой напряженной линии ее тела.
Бунтарка закрыла глаза и не шевелилась. Оранжевые тени мерцали на ее лице.
Лишь Бенни и Никс стояли, наблюдая за бойней.
— Может, если бы мы добрались сюда раньше, — тихо сказала Никс. Она вытащила свой журнал из рюкзака. — У меня здесь столько информации. Мы могли что-то сделать.
— Против сорока тысяч жнецов? — спросила Бунтарка, не открывая глаз.
— Нет непобедимых армий, — сказала Никс. Потом подумала об этом и перефразировала: — Любую армию можно победить.
Бенни кивнул.
— Точно.
— Как? — спросил Чонг. — У жнецов слишком много людей. Они могут позвать столько быстрых зомов, сколько захотят.
— Послушай, старик, — сказал Бенни, — у нас была армия с высокими технологиями, морскими подразделениями, воздушными силами, Национальная гвардия и полиция, и мы все равно проиграли зомам.
— Потому что они не понимали, с чем боролись, пока не стало слишком поздно.
— То есть я хочу сказать, — добавил Бенни, — если нас смогли победить, то и их можно.
Чонг лишь покачал головой.
— Возможно, мы можем устроить рейд, — сказала Никс, — пока там все эти зомы, они должны продолжать использовать химикаты — вещество типа нашего кадаверина. Если мы, не знаю, саботируем его. Они не смогут больше его здесь делать, не так ли?
— Разлить не получится, — сказала Бунтарка. — Они будут кататься по земле и покроют себя им. Нужно его сжечь.
— Оно горит? — спросил Бенни.
— Конечно. Горит, как все. Святой Джон таким образом потерял множество жнецов. Некоторые из них становятся слишком беспечными, когда используют факелы. Возможно, они думают, что огонь обжигает только еретиков, — она покачала
головой. — Я видела прошлой ночью, как некоторые из них горели. Нельзя отличить крик жнеца от еретика, когда они горят.
— Послушай, Бунтарка, — начал Бенни — если бы мы знали, что такое произойдет, мы бы никогда не уехали, чтобы…
Бунтарка покачала головой.
— Не надо, — сказала она, и они остановились на этом.
Потом она вздрогнула, когда из горящего города послышался крик.
— Я бы хотела увидеть, как они все горят, — зло сказала она. — Если бы я знала, что это их остановит, я бы подожгла себя и побежала бы в их лагерь. О да… я бы пожертвовала собой ради этого.
— Даже не думай об этом, — рявкнула Никс.
Бенни подошел к краю холма. Если квадроциклы будут ехать на полной скорости, они смогут прибыть в Маунтинсайд через три-четыре часа. Он сделал грубые подсчеты в голове и решил, что это трех-четырехдневный марш для армии жнецов. Времени совсем не было. Даже имея книгу Никс, заполненную диаграммами земляных работ и рвов, даже если все в городе работали бы вместе, чтобы укрепить стены, трех-четырех дней было недостаточно. Реальность подсчетов нарисовала в его воображении образы жнецов, наводняющих город, поджигающих магазин «Лафферти», школу и мэрию. Если бы он закрыл глаза, то знал, что увидел бы, как ВЗ гоняются за детьми из воскресной школы и