Око Каина стр. 48
фильмах ужасов, сейчас покроется шерстью и завоет. Но она всего лишь уперла кулаки в бока.
— Стало быть, вот что мы в итоге получили.
Томас промолчал.
Очевидно, эти слова сыграли роль скальпеля, вскрывшего нарыв, — каждый втайне думал примерно о том же самом.
— Все эти бесконечные кастинги, собеседования, гребаные интервью!.. Деньги, слава… Добро пожаловать в Лас-Вегас, ребята! Оказывается, это дырка в жопе мира!
— Это отель «Мираж», — подал голос Каминский. — Название у него самое подходящее.
— Ничего, — сказал Томас. — Будем надеяться, мы здесь ненадолго.
— На самом деле ты ни хрена в этом не уверен.
Еще совсем недавно Каминский вряд ли позволил бы себе такую фамильярность. Да, подумал Томас, ничто так не сближает людей, как общие трудности.
— Где же спасатели?
— И хоть какая связь?
— Я хочу пить.
— Почему здесь больше никого нет?
— СТОП! — заревел Томас.
Остальные замолчали и буквально впились в него глазами.
— Ничего страшного не происходит, — спокойно продолжал он. — Да, у нас есть некоторые трудности, но скоро нас здесь отыщут. Это вопрос нескольких часов.
(Браво, старик! Еще чуть-чуть — и сам в это поверишь. Доктор Линкольн, шарлатан экстра-класса.)— Давайте поднимемся наверх. Там спальни. Конечно, все запущено, но, если немножко поработать веником, там вполне можно будет жить. (Линкольн, агент бюро недвижимости.) Думаю, как минимум половина из нас сможет там разместиться, а остальные — в одном из соседних домов. Нельзя оставаться без крыши над головой — слишком уж жаркое солнце. (Дядя Том, самый заботливый друг) Итак, за работу! Я хочу видеть вас исключительно в хорошем настроении!
(Отлично, старик! Твоя способность заговаривать зубы улучшается с каждой минутой!)Послышалось несколько протестующих возгласов, но в конце концов все принялись действовать. Улыбки вернулись на лица.
Томас облегченно вздохнул и, оставшись в одиночестве, внимательнее осмотрелся.
Здание бара было построено из красного кирпича и имело фальшивый деревянный фасад. На вывеске была надпись «У Пинка», окруженная гирляндой розовых лампочек.
Прежние обитатели, судя по всему, оставили это
место не так уж давно. На доказательства этого взгляд натыкался здесь и там: календарь нынешнего года, висевший на роге пластиковой бычьей головы (кич — это искусство, не знающее границ), бутылка «Короны» с остатками мочеподобной жидкости (а может, и мочи), и груда немытых, заросших плесенью тарелок в раковине.
Позади барной стойки на стене висела мишень для дартс с изображением Саддама Хусейна. Судя по большим круглым отверстиям, в Саддама не только кидали дротики, но и расстреливали чуть ли не в упор из огнестрельного оружия. На полу валялось множество номеров «Хастлер мэгэзин». Тот, что был ближе всего к ногам Томаса, вышел в прошлом месяце. На стойке бара стояла коробка из-под конфет, набитая разноцветными презервативами.
При виде всего этого ему хотелось плакать и смеяться одновременно.
Заведение стояло прямо напротив церкви. Благочестие, противостоящее греху. Молитва против роскоши. Добро против Зла, отделенное от него всего лишь узкой улицей. Ничего удивительного, что в церкви не оказалось никакой религиозной символики… Бог, должно быть, чувствовал себя оскорбленным. Ибо заведение «У Пинка», с его спальнями наверху, откуда-то взявшееся в этой жалкой дыре, было конечно же не чем иным, как борделем.
Пока остальные занимались уборкой и заносили в комнаты вещи, Томас поднял жалюзи на одном окне и отодрал кусок фанеры от другого,