Око Озириса (сборник) стр. 392
на вашей стороне, ибо ваше мужество и выдержка заслуживают уважения. Я, в свою очередь, искренне радуюсь вашей удаче, поскольку, не будь у вас таких талантливых защитников, результат мог быть совсем другим. Думаю, что выражу всеобщее мнение: своей свободой вы обязаны доктору Торндайку, выстроившему блистательную линию защиты. Благодаря его знаниям, опыту, проницательности и изобретательности была предотвращена серьезная ошибка правосудия. Все свободны, господа, до свидания.
Судья поднялся с места, за ним – все присутствующие. На лестнице со зрительской галереи раздался громкий топот ног; лязгнул замок – дверь на скамью подсудимых отпер приветливо улыбавшийся полицейский. Рубен Хорнби вышел и спустился в зал суда.
Глава 17Печали и радости– Лучше бы подождать, пока разойдется публика, – сказал Торндайк, когда поздравления закончились и мы остались с Рубеном в опустевшем зале. – А то, как только мы выйдем, нас может ожидать бурная демонстрация чувств.
– Что угодно, только не это, во всяком случае, не теперь, – устало произнес Рубен, пожимая руки миссис Хорнби, по-прежнему плакавшей, и своему дяде, который тоже время от времени вытирал слезы, хотя его лицо светилось от гордости и удовольствия.
– Приглашаю всех к себе домой на ланч, – улыбнулся Торндайк.
– Очень рад, – ответил Рубен. – Хорошо, если в программу войдут и водные процедуры.
– Вы придете, Энсти?
– А какие подадут блюда? – лукаво подмигнул барристер, уже снявший парик и мантию и из серьезного адвоката превратившийся в обычного забавного весельчака.
– Ах, чревоугодник! – засмеялся Торндайк. – Приходите и увидите.
– Увидите? Вот те раз! Приходите и съешьте – так гораздо лучше, – отшутился Энсти. – Но сейчас мне надо бежать, чтобы успеть заскочить к себе на квартиру и завершить кое-какие дела.
– Как отправимся? – спросил Торндайк, когда барристер исчез в дверях. – Полтон приехал в кэбе, но мы все там не поместимся.
– Мы вчетвером сядем в кэб, а доктор Джервис проводит Джульет, – предложил Рубен. – Вы не возражаете, мистер Джервис?
Я вздрогнул от неожиданности, вяло пробормотав:
– Если мисс Гибсон позволит мне сопровождать ее, я буду счастлив.
Джульет, видимо, не разделяя моей радости, залилась краской смущения, но не возразила, хотя отреагировала довольно холодно:
– Что ж, конечно, давайте пройдемся пешком. Не сидеть же на крыше кэба?
Толпа к тому времени почти разошлась, и мы спокойно спустились по лестнице. Кэб ждал у тротуара, окруженный кучкой зрителей, которые восторженно приветствовали Рубена, едва он появился в дверях. Мы с Джульет проводили своих друзей, помахали им рукой и быстро зашагали вниз по Олд-Бейли в сторону Ладгейт-хилла.
– Возьмем хэнсомский кэб, мисс Гибсон?
– Нет, лучше прогуляемся. Немного свежего воздуха пойдет нам на пользу после затхлого, душного зала. Все это напоминает мне сон, но какое облегчение! Господи, неужели кошмар закончился?
– Воспринимайте это, как страшный сон. Вы пробудились и поняли, что на самом деле ярко светит солнце.
– Вы правы, – согласилась она, – но я пока не могу совладать с волнением, да что там скрывать – я потрясена.
Мы повернули вниз по Нью-Бридж-стрит в сторону набережной и шли рядом, но совершенно как чужие люди: ничто не напоминало о наших прежних отношениях, так сильно изменившихся после размолвки.
– Доктор Джервис, – критически оглядела меня она, – я думала, вы будете радоваться, гордиться, даже ликовать, а на вас лица нет. В чем причина? Вас что-то смущает? Ведь
благодаря