Библиотека

Около кота стр. 111

Размер шрифта
-
+
Тема

кто отца моего помнит и меня знает. Для всех нынешних я просто мальчик на побегушках, и вздумай я заявить свои права на трактир – в лучшем случае посмеялись бы, а скорее всего, отодрали бы за уши, чтоб неподобного не сочинял. Но это пока, а что коли подрасту да к окружному исправнику заявлюсь, и свидетелей призову, кто личность мою удостоверить сможет? В окрестных деревнях такие найдутся… Нет, надо одним махом всё и решить. Я в Амглусе сгину, тут меня никто искать не станет, а через восемь лет за давностью и позабудут. Останутся тут две могилки, бурьяном заросшие, и трактир – теперь уж и по закону дядюшкин, ибо считается он не только опекуном моим, но и полноправным наследником.

Только вы, почтенные братья, не думайте, что это я тогда всё так чётко по полочкам раскладывать умел. Тогда я тоже всё это понял, но не словами, а как-то душою, что ли. Стоял и про всё забыл – и про холод, и про крыс, и про боль. И так мне худо сделалось, что прямо всего изнутри скрутило! Всего ночь осталась, а назавтра опоят меня или повяжут – и повезут на погибель.

И тогда понял я, что одно мне средство осталось. А как понял – так меня снизу доверху как молнией пронзило, и закружилась тьма, лиловыми сполохами озарённая, и заплясали перед глазами радужные пятна, и всё желтее они становились, всё меньше – а вскоре и вовсе в огоньки свечные слились. Покрутил я головой, первым делом кота увидел, на излюбленном своём месте, на том книжном шкафу, что пониже. Сверкает кот глазищами, шерсть встопорщена, усами шевелит. Потом уж господина приметил – у окна он стоял ко мне спиной и в темноту заоконную глядел, будто нашёл в ней чего занятное.

– Всё, Гилар, – сказал он не оборачиваясь, – в порядке твоё здоровье. Пахать на тебе можно. Вставай и можешь спать идти.

Хочешь в чулан, хочешь в людскую. До утра ты мне будешь не надобен.

Лист 22.

На другой день снова графеныш пришёл, блистательный Баалару Хидарай-тмаа. Только на сей раз поскромнее оделся, и вместо сабли не по росту прицепил на пояс маленький кинжал в серебряных ножнах. Видно, ну никак не могут высокородные на улицу без клинка выйти. Честь не позволяет.

Пришёл он, впрочем, по-умному, к концу приёма. И очереди своей не ждать в нижней гостиной, и меньше светиться. Хотя ему ещё в тот раз господин объясненьице придумал: юный граф сюда прыщи сводить ходит. Дело понятное, правильное дело.

Всё-таки подождать ему пришлось, пока прежняя посетительница, толстая старая купчиха, на хворости свои господину жаловалась. И поясницу у ней ломит – к дождю, и в ухе свербит – не иначе, к пожару, и живот пучит после обеда. Мне подумалось, что она вообще сюда не лечиться пришла, а поделиться горестями, душу облегчить. Потому что ведь не абы к кому, а к наилучшему лекарю, пусть кто победнее, завидует.

Не стал я её за ковром слушать, уж тут-то ничего интересного нет и быть не может. Побежал в малую гостиную, где графеныш в кресле сидел и ждал.

Впрочем, когда я туда сунулся, он уже не сидел, а бродил взад-вперед,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.