Около кота стр. 176
полюбопытствовал господин Гирхай.
– Да вот, рассказал ему Гилар, когда вы с Алагом совещались. Кстати, расскажи уж всем, – обернулась она ко мне.
Пришлось рассказать снова. А когда я закончил, повисла в зале тишина. Только факелы трещали…
– Интересно, Гилар, – сказал наконец господин Алаглани, – где ты эту сказку услышал?
– Да так, – зевнул я. – На базаре в том году старик один слепой рассказывал сказки, ему за то гроши кидали.
– Мама, – подал голос Илагай, – а давай Гилара с собой возьмём, и он с нами будет ездить. С ним нестрашно…
– Было бы куда нам ехать… – непонятным голосом сказала госпожа Хаидайи, погладив сына по невидимым в полутьме волосам.
– А давайте уже спать? – предложил господин Алаглани. – Утро, как учил премудрый Памасиохи, вечера мудреннее.
И разошлись мы спать. Затворил я на засов дверь входную, разошлись гости по комнатам. Илагая устроили в самой теплой, ближней к зале, а господин Алаглани проводил госпожу Хаидайи в её комнату, да так оттуда и не вернулся.
Я же устроился возле печки, подстелив старую драную шубу, найденную с утра в кладовке. Погасил факелы, задул свечи. И началась ночь.
А потом оказалось, что ошибся премудрый.
Лист 30.
Всё-таки моя тут вина. Расслабился я, забыл о том, что всегда нужно быть настороже. Но, казалось, теперь-то что может случиться? Ворота изнутри заперты, и дверь входная тоже, и место глухое, безлюдное, откуда здесь беды ждать? А от печки такое мягкое тепло струится, и в животе сытно, и на душе благостно, не понять с чего. Словно не было всех этих четырёх лет, да и не только четырёх… словно совсем мелкий я, даже помладше Илагая, и рассказала мне матушка на ночь сказку про мальчика Хиарамиди, которых победил злых колдунов, хищных великанов и летучих змеев, и женился на прекрасной принцессе.
Даже снилось мне что-то светлое… будто я бричкой нашей правлю, но у коней крылья перепончатые, и мчится бричка над лесами и реками, над городами и сёлами, и встаёт перед нами рассвет, и обе луны тут как тут, и сливаются их жёлтые лучи с рассветом, и ждёт меня впереди какая-то огромная радость, причём не на минуточку, а навсегда.
Но чем лучше был сон, тем хуже пробуждение. Я в первые мгновения даже и не понял, что это уже явь, что кончились сказки и началась правда жизни.
Метались рыжие пятна факелов, слышились крики, звенела сталь о сталь, пронзительно тянуло холодом из разбитого окна. Я быстро на ноги вскочил, но недалеко успел: навалился кто-то сзади, волосатой рукой рот зажал и по затылку чем-то огрел. Прямо как тогда, в ночь Зелёного Старца. Только сейчас я сознания не потерял – то ли голова за четыре года окрепла, то ли удар был слабее.
Слышалось снаружи конское ржание, метались огни, потом пронзительно закричал детский голос – видать, Илагай, больше некому. Извернулся я, впился зубами в руку, зажимавшую мне рот, лягнул назад пяткой и, видно, попал. Но здоровенный мужик оказался, с медведя размерами и силой. А я без арбалета… потому и победил медведь.
В общем, пока этот волосатый меня держал, другой, невидимый во тьме, скрутил меня верёвками. Грамотно вязал, это я сразу понял. А всё же не Тайный Пригляд – те