Октябрь, который ноябрь стр. 13
у волн, перекладывая ведро в другую руку. Ведро, мятое, жестяное, в очевидных остатках ярко-красной нарядной краски, наполняли массивные раковины пяточниц. Судя по всему, емкость для сбора моллюсков была позаимствована с иномирового пожарного щита.
Профессор, кренясь под тяжестью ведра, взобралась на песчаный обрывчик и увидела гостей:
— Ого, какие человеки! И с охраной!
Под охраной, видимо, подразумевалась Блоод, которая была скорее проводницей, а не телохранителем.
Дамы-дарки дружески обнялись, Лоуд глянула на двух визитерш-человеков и милостиво разрешила:
— Ладно, можете меня поцеловать. Только без этих… без страстностей.
Флоранс, смеясь, чмокнула, зеленоватую щеку, а Леди Медвежьей проворчала «обойдешься» и подхватила тяжелое ведро.
— Вот! Практичный деловой подход! — восхитилась оборотень. — Уважаю! А что у вас стряслось? Просто так вы же хрен заявитесь.
— Это к Леди, — Блоод указала великолепным когтистым пальчиком. — Проблемы там. Кормить улитками? Будут?
— Вот прямо для вас и собирала, — вздыхая, заверила оборотень. — Чего ж теперь делать, сварим устриц. Но на шампанское не рассчитывайте!
Дамы направились к костру, над которым уже висел котел, испускающий весьма приятный рыбный наваристый аромат. У костра сидело семейство оборотня, оно же шпионско-боевой экипаж, и молча наблюдало за встречей. Невысокий черноволосый мужчина, с вечно-недобрым выражением точеного смуглого лица и именем Укс, и совсем юный парень, тоже худой, поджарый, обветренный-ободранный, хотя и успевший поспешно причесаться при появлении нежданных гостей — этот оболтус отзывался на неофициально-укороченное имечко — Гру. Рядом с бродягами валялся английский бульдожек, на редкость кривоногий, но симпатичный. Гостей он знал, потому беспокойства не проявлял, продолжая бдительно приглядывать за берегом и дюнами.
— Садимся, ложки готовим, раз уж заявились, — радушно пригласила Лоуд. — На первое рыбий кулеш по-речному-морскому, мне Гек рецептик подогнал.
— Гм, это интересно, — признала Катрин. — Авторство рецепта Гека, который с Чуком, или американского происхождения?
— Опять эта въедливость! Ну, вот какая разница с твоим-то аппетитом? — покачала головой оборотень. — Говорю же «по-речному», по-миссисипски. Падайте!
Гостьи расселись — Блоод, понимающая, что будущий разговор ее касается мало, опустилась между мужчин. Хозяйки «Двух Лап» заняли место рядом с оборотнихой.
Супчик оказался весьма недурен. Трактовать приписываемое авторство рецепта следовало осторожно: среди своих друзей Лоуд от вранья отдыхала, но шуточки у нее случались столь многослойными, что лучше не особо вникать. Гек Финн или кто другой придумал, но вкусно.
— Так что там у вас зачесалось? — перешла к делу оборотень, вытирая коркой лепешки опустошенную миску.
— Тебя вербуем, — прямолинейно сказала Катрин. Выделенная на двоих с Фло миска уже опустела, а переходить к сути дела следовало сразу и конкретно.
— Понятно, что меня, не Блекх же вам понадобился, — Лоуд указала на встрепенувшегося пса. — Кобелей у вас и так хватает, а я единственная. Что? Где? Когда? И сколько?
— Петроград, 1917-й. Октябрь по старому стилю. Кто-то влез в революцию и события рискуют поменять курс. Изыскиваем виновников, сдаем компетентным органам.
— Органам на органы, гм… — оборотень почесала ушное отверстие черенком ложки и решительно сказала: — Не пойду! Звиняйте, любы друзи. Во-первых, я там уже была. Во-вторых, это воистину замечательные, интересные дни. Но печальные! Только подумать: такой великолепный шухер, а через какие-то семьдесят лет — полный пшик и импотенция. Как вспомню, так у меня наступает меланхолия и отсутствие аппетита. Этак и до проблем с пищеварением недалеко. Это, кстати, от