Олдскульный отдых с лечением в братской республике в эпоху пандемии, выборов и прочих событий стр. 8
не получил, девушка ещё несколько раз махнула рукой в сторону моей справки – я все понял. А ещё трусился над тем, что все две недели пребывания в санатории придётся выдерживать треклятый карантин и за территорию ни ногой – они об этом предупреждали у себя на сайте, но потом требование отменили.
Поселили нас на пятом этаже, единственном этаже в санатории, где не производился евроремонт, по заверению здешних работников.
Зато номер достался отличный, люкс, который мгновенно погружает в атмосферу 60-х годов и ни на секунду не отпускает. Открываешь скрипучую дверь ключом: сразу деревянный, видавший виды, паркет, высоченный, как и потолки в три с половиной метра, голубоватый шкаф-купе, с тремя отделениями, слева дверь, ведущая в раздельный санузел: сначала небольшая комната с раковиной, затем, комната с унитазом, все аксессуары явно установлены не в прошедшую десятилетку. Пройдя помещение со шкафом-купе, попадаешь через межкомнатную дверь в прихожую, на полу все тот паркет, на нем не персидский ковер, журнальный столик, диван, два кресла, шумный старый холодильник, тумба под телевизор, сам телевизор с местным телевидением, шкаф с хранящимися в нем одеялами, подушками. Паркет местами трещал, но только в некоторых местах и не так сильно как дрова в печи. Заканчивалась прихожая балконом, в углу которого ласточки свили гнездо. Юное дарование и здесь не растерялось, схватило с журнального столика тесак и стало его разглядывать. Отец, в моем лице, конечно же, забрал холодное оружие из рук ребёнка, но вопрос остался висеть в воздухе: «что тесак делает на столике? Это намек?»
Номер этим не заканчивался, дальше ещё одна большая комната, именуемая спальней. Там снова паркет, скромная кровать, две тумбы, светильники, зеркало и выход ещё на один балкон, на котором никто ничего не свил, только оставил старый стул и бельевую верёвку.
Но и этим номер не закончился, прямо из спальни можно попасть… ещё в один санузел. Этот больше был, в нем ванна, раковина, туалет и биде, а также ещё один кран с умывальником, установленный крайне низко. Кран беспощадно стрелял одиночными каплями каждые две секунды. Нужно было что-то сделать с этим, жить две недели с выстрелами не хотелось.
На второй день беспардонно пришёл чинить кран старый усатый крепкий сантехник славянской внешности.
– Ой, что я там не видел? Меня не напугать! – произнёс сквозь усы сотрудник санатория, когда жена испуганно попыталась в бюстгальтере отвернуться от сантехника, вошедшего в номер без стука и не сказать, чтобы тихо.
Что действительно радовало, так это то, что все уборщицы – славянские женщины предпенсионного возраста, если выражаться правительственной терминологией.
Все на том же официальном сайте санатория черно по белому написано: «Из-за коронавируса рассадка в столовой осуществляется строго с соблюдением дистанции в полтора метра, в соответствии с требованиями Минздрава РБ». Вспомнил данную фразу и дурацки заулыбался, когда увидел настоящую рассадку в столовой: расставлены столы, за каждым с легкостью помещалось до шести постояльцев. Расстояние между ними чуть меньше метра. Меня сей факт нисколечко не огорчил, главное, чтобы вкусно кормили. Вот с этим здесь хорошо, через день любимая картошечка, макароны, каши, успел полакомиться и различными белорусскими блюдами: крупник, зразы картофельные с яйцом и луком, манник. Все не жирное: даже драники здесь особенные, не тяготят