Опасный след стр. 457
замотала головой, словно отрицая услышанное, но его улыбка стала лишь еще жестче, еще шире.
— Я твой фанат, Кейти! Я дам тебе эксклюзивное интервью. Главную историю твоей карьеры. Только подумай, Кейти. Ты узнаешь все, испытаешь все. — Он похлопал ее по щеке. — Я чую Пулитцеровскую премию! Разумеется, она не достанется тебе даром, но мы поговорим об этом. Обустраивайся.
Экл наклонился к ее уху и прошептал:
— Я сделаю тебе больно, очень больно, и буду наслаждаться каждой секундой твоих мучений. Подумай об этом. — Он выпрямился, снова ослепительно улыбнулся. — Ну, от возбуждения у меня разыгрался аппетит. Полежи здесь, а я спущусь вниз. Перекушу. А ты чего-нибудь хочешь? Нет? — Он засмеялся собственной шутке и слезам, потекшим по ее щекам. — Скоро увидимся.
Боже, как чудесно делать что-то нормальное, что-то забавное. А еще лучше слоняться по питомнику, болтать с соседями. Фиона вдруг поняла, как изолированно жила последнюю неделю, насколько была привязана к дому.
Как же ей не хватало прогулок, простых повседневных дел, случайно подхваченных сплетен. Ей даже понравилось выбирать деревяшки и железяки вместе с Саймоном.
В питомнике Саймон мужественно отвергал предложенные ею цветы или пожимал плечами, выражая согласие… пока она не зависла над георгинами.
— Бери любой. У каждого есть стебель, листья, лепестки.
— И это говорит мужчина, который только
что полжизни потратил на мебельные ручки.
— Ручки не погибнут от первых же заморозков.
— Век георгина недолог, поэтому здесь выбор гораздо важнее.
— Вот этот. — Саймон схватил один наугад. — Я без него жить не смогу.
Фиона расхохоталась и схватила еще два.
— Идеально. Теперь я хочу что-нибудь голубенькое. — Она указала на поддон с лобелией. — А потом мы… О, привет, Мег, Чак.
Друзья обернулись. Руки Мег были заняты охапкой гвоздик.
— Привет! Ой, какие красивые георгины. — Мег приветливо улыбнулась Саймону. — Значит, вы сколотили ящики для окон.
— Да, — подтвердил Саймон, обменявшись с Чаком — поверх голов женщин — страдальческими взглядами.
— Ты запланировала еще одну клумбу? — спросила Фиона.
— Нет. Мне пришлось заехать в наш домик, чтобы открыть его для нового жильца, а Чак пока расчищал гараж.
— Если бы я попробовал начать при ней, она ничего не дала бы выбросить.
— Никогда не знаешь, что может понадобиться, верно? Представляете, он хотел выбросить старое корыто.
— Хлам, — тихо сказал Чак.
— Оно перестанет быть хламом, когда я заполню его этими цветами и выставлю во дворе. Думаю даже немного вкопать его в землю с одного конца, как будто его просто вышвырнули. И получится не хлам, а художественный объект.
— Мег всегда придумывает, как использовать старые вещи, — заметила Фиона, опуская свои цветы в тележку.
— Ненавижу выбрасывать то, что еще может пригодиться.
— Наверное, в долгосрочной перспективе мы кое-что экономим, — вздохнул Чак. — Она обставила домик для отдыхающих мебелью, купленной на гаражной распродаже и отремонтированной собственными руками.
— Значит, у вас появился жилец, — произнесла Фиона, копаясь в лобелиях.
— На полмесяца. Пока приехал только муж. Жена с сыном приедут на следующей неделе. — Мег тоже выбрала несколько лобелий, поднесла их к гвоздикам и одобрительно кивнула. — У мальчика соревнования по плаванию, которые он никак не может пропустить… или еще что-то. Отец — учитель, пишет путевые заметки. Надеемся, что он опубликует статейку о нашем домике и Оркасе. Нам это не повредит. Вообще-то он