Операция «Океан» стр. 3
я был один.
А парашют продолжал снижаться. Ногти у меня были сломаны, пальцы в крови.
50 метров… 40… 30…
Бросив бесполезную возню со стропами, я решился на последнее средство.
— Внимание! — крикнул я и, подхватив профессора под мышки, изо всех сил взмахнул крыльями. — Вот так!..
Мощная волна, налетев на скалы, взметнулась вверх и окатила нас солёными брызгами. Но Академиков уже был перевёрнут!.. В следующую секунду нас ударило о выступ скалы и поволокло по мокрым камням.
Я почувствовал острую боль в спине, но в первый момент не придал этому особенного значения. Нужно было, не теряя времени, избавиться от парашюта и освободить ноги учёного.
— Хватайся за камни, Тькави! — донёсся до меня его голос. — Скорее, нас тащит в воду!..
И правда, ветер надувал парашют, как парус, и, не уцепись мы в последний момент за какой-то камень, быть бы нам утопленниками…
Постепенно, напрягая все силы, мы подтянули к себе парашют и погасили его купол.
Теперь можно было спокойно распутать стропы.
Распутали… Встали на ноги… Оглянулись вокруг…
Приютивший нас островок был гол и пустынен, не хуже, чем какой-нибудь астероид. Цунами не оставили на нём ни кустика, ни травинки. Над ещё не просохшими скалами, словно призрачные растения, поднимался белесоватый пар.
Вокруг островка клокотал прибой. Волны, одна за другой, с грохотом разбивались о камни, вскипали шумной косматой пеной и взметали к небу каскады сверкающих на солнце брызг.
А дальше, за белым гребнем прибоя, во все стороны простиралась бескрайняя гладь океана.
Лишь в той стороне, где извергался новорождённый подводный вулкан, над горизонтом вздымалась чудовищная чёрная туча. Она состояла из смеси пепла, дыма и водяных паров. Раскалённые камни и сгустки лавы, вылетавшие из земных недр, простреливали её насквозь. Оттуда доносился протяжный, неумолкающий гул.
Над океаном вокруг места извержения клубился белый пар — там кипела вода…
Было красиво и страшно.
Академиков повернулся ко мне.
— Ну что ж, Тькави, — сказал он, — придётся тебе взлететь повыше и посмотреть вокруг. Может быть, ты увидишь где-нибудь самолёт или остров, на который опустились Нкале, Сеггридж и Рам Чаран… Лети!..
Он подтолкнул меня в спину. Я чуть было не завопил от нестерпимой боли. Попробовал двинуть крыльями, стало ещё хуже. Правое крыло больше не подчинялось мне.
Академиков с испугом посмотрел на меня.
— Ну-ка приляг, — распорядился он. — Посмотрим, в чём дело.
Я лёг на песок лицом вниз и стиснул покрепче зубы, чтобы не кричать и не плакать, если будет чересчур больно.
— Потерпи, дорогой… Потерпи, Тькави,
— ласково приговаривал учёный, осторожно ощупывая крыло.
— Переломов нет, обыкновенный вывих. Сейчас мы его вправим… Держись!
В глазах потемнело, и я взвыл на весь остров. Сустав щёлкнул и стал на место.
Боль начала уменьшаться.
— Через неделю ты сможешь летать, — удовлетворённо объявил Александр Петрович.
— Только через неделю?
Я попробовал пошевелить крылом. Боль сразу возобновилась. О том, чтобы взлететь, нечего было и думать.
— Как же мы выберемся? — забеспокоился я.
— Подождём. Самолёты и ракетный катер безусловно уже ищут нас. Скоро кто-нибудь будет здесь.
Я посмотрел вверх.
То, что я там увидел, заставило меня протереть глаза. Нет,