Операция «Пепел» стр. 273
бомбой сесть в поезд и съездить «в командировку». Конечно, он не должен был даже догадываться, что «командировка» эта будет для него последней. А то, что на воздух вместе с ним взлетит полвагона и что поезд по крайней мере соскочит с рельсов, в голову ему ни с какой стороны не должно было попасть.
Полуян два года в составе различных подразделений воевал с российскими федеральными войсками, с год перед этим собачился с отрядами Руслана Лабазанова, какие поднялись против армии Дудаева в девяносто четвертом году, вместе с Вахой и Имраном обучались подрывному делу на горной базе боевиков под Ведено у знаменитого Хаттаба. Помимо подрывного дела их обучили и психологии, умению распознавать противника и вербовать помощников. Поэтому парня с пивными кружками Полуян особо и не искал – он сам просился в руки.
Усевшись за его столик, заваленный рыбьими хвостами и объедками, Михаил деловито и без всяких вступлений предложил Жеребчику:
– Заработать хочешь?
Жеребчик отодвинул кружку и судорожно кивнул. С мыслью о деньгах он просыпался, с нею весь день бил баклуши и с этой же мыслью – где взять денег? – засыпал. Ханурик все чего-то тянул с крушением поезда, откладывал операцию – то ли боялся, то ли просто за нос их с Де Биллом водил, то ли просто проверял – не проболтались ли? Время шло, Ханурик никаких команд не давал, хотя костыльный лом и гаечные ключи для разборки рельсов уже были на месте. Оставалось только выбрать ночку потемней да приступить к делу…
Де Билл тоже нервничал, сказал как-то, что видел Ханурика в поселке сильно поддатым, спросил о намеченном деле, но тот только рукой махнул. Тогда Де Билл предложил Жеребчику самим выполнить намеченное, ничего страшного, рельсы они и вдвоем сумеют раскрутить. Жеребчик подумал, сказал, что надо подождать недельку-другую, он сам поговорит с Хануриком, тогда они и решат. Завалить пассажирский поезд – это не под трамвай пистон подложить, на это надо решиться. И потом, организатор преступления всегда больше получает: если поймают, и следователи, и суд ищут организатора, и, как правило, именно им вмазывают «по самое некуда», а рядовым исполнителям наказание достается полегче, это Жеребчик уже уяснил. Он не хотел брать на себя ответственность, Де Билл обязательно скажет ментам, что его подбили на преступление Ханурик и он, Жеребчик, а ему лично гайки понадобились на грузила, и поезд он валить не хотел. И вообще, поезд надо завалить так, чтобы жертв было поменьше, а лучше, если их совсем не будет, а под откосом окажутся только оглушенные и перепуганные люди, которых можно будет легко пограбить и благополучно потом скрыться. Именно – благополучно. Наказания (а оно будет суровым, если их поймают) надо избежать во что бы то ни стало, иначе и браться за это дело не стоит.
Всё это были мысли и вполне логичные соображения, но в дело они Хануриком никак пока не воплощались, и денег у них у всех по-прежнему ни у кого не было. Поэтому Жеребчик сразу же сказал Полуяну:
– Заработать? Конечно, хочу. А как? Чё предлагаешь-то? Мокруху? Кому-то пику под ребро сунуть?
Михаил поморщился:
– Ну-у… скажешь… Я такими делами не занимаюсь. У меня приличная фирма, разъездная работа. Курьер нужен.
Он подлил