Операция «Пепел» стр. 288
нее пока что было мало, рано еще зажигать – солнце, уже с той стороны шара, посылало сюда, под Волчанск, прощальный рассеянный свет.
Ханурик ехал небыстро, берег мотоцикл племяша – колдобин и засохших ям на дороге хватало. Да и особо спешить нужды не было. За час-полтора они до нужного места доберутся, а раньше там и делать нечего. Видеть их никто не должен, так что самое разумное – появиться у места будущего крушения поезда в темноте. Жаль, что нет Жеребчика, думал Ханурик. Парень и физически покрепче Де Билла, и посмышленей. Конечно, надо было бы подождать, пока он вернется, но мать ничего толком не знала и потому сказать не могла – куда уехал конкретно, зачем…
Ладно, рельсы они раскрутят вдвоем с Де Биллом, ничего страшного. Выдернуть сорок – пятьдесят костылей, законтачить рельсовую цепь длинным проводом, сдвинуть рельс в сторону на двадцать – тридцать сантиметров… ерунда. На большой скорости для любого поезда это гибель.
На станции, катаясь по Волчанску, Ханурик поглядел расписание: из ночных поездов подходящим, богатым, был скорый «Русь», он и шел очень удобно – в половине третьего ночи.
То, что надо.
«Русь» так «Русь». Ханурику было все равно. А про Де Билла и говорить нечего. Тот, полулежа в коляске, сосал пятую уже, наверное, бутылку двенадцатиградусного пива, блаженствовал. Ханурик специально для подельников купил этого импортного крепкого пива, рассчитывая, что оно взбодрит парней, придаст им большей смелости и решительности, – все ж таки им предстояло завалить поезд с людьми…
«Рожа правда что дебильская, – с ухмылкой думал Ханурик, глянув в очередной раз на прикорнувшего парня. – По пьяни папаша заделал, не иначе. И зачем такие на свете живут?»
О себе, урке, он думал иначе, считал, что такие, как он, имеют на жизнь и существование все законные права.
Впрочем, дальше на эту тему Ханурик рассуждать не стал – голова его была занята предстоящим важным делом. Вел он мотоцикл хладнокровно, не чувствовал никакого душевного волнения, мандража. Хладнокровно же перебирал в памяти те вещи, какие могут понадобиться при проведении операции и потом, когда они будут шарить в поверженном поезде.
Костыльный лом и ключи должны быть там, на месте.
Два электрических фонаря лежали в коляске, под ногами Де Билла.
Финка грелась у Ханурика за пазухой.
Плотные белые мешки из-под сахара (Ханурик выпросил несколько штук у знакомой продавщицы) также лежали в коляске.
В них они сложат награбленное – вещи и деньги.
Их, денег, должно быть много. Поезд большой, и людей в нем сотни. Всех, конечно, не пограбишь, времени мало. О крушении «Руси» железнодорожники узнают тотчас, поднимут на ноги милицию, примчится какая-нибудь служба спасения, солдаты…
У них с Де Биллом будет для работы в вагонах минут пятнадцать – двадцать, ну с полчаса максимум. Потом надо делать ноги, причем очень быстрые. «Ижак» они спрячут в лесу, неподалеку от места крушения…
«Когда полезем по вагонам, надо этому придурку хотя бы кастет дать, что ли? – подумал Ханурик. – Мало ли какая возникнет ситуация, хоть отобьется. К тому же в поезде, говорят, менты стали ездить, сопровождать. Интересно, в каком они могут быть вагоне? Попались бы под руку, „макаровы“ бы у них тиснуть…»
Ханурик понимал, что всего в предстоящем