Операция "Синий гном" стр. 2
отчаянием утопающего цеплялся он за свое жалкое «оседлое» имущество, за клочок умирающей земли.
Было около одиннадцати часов дня. Купер разогнулся, отер замасленной ладонью пот со лба, обвел взглядом двор с выводком куперят, копавшихся в песке возле амбара, вздохнул и поднял глаза к безмятежно-синему небу. Увы! На нем, как вчера, позавчера и третьего дня, не было и намека на облачко.
Тут это и случилось. Послышался пронзительный свист, словно, от падающей авиабомбы, в воздухе сверкнуло что-то большое, серебристое, затем раздался треск сокрушаемого дерева и глухой удар. «Штука», свалившаяся с неба, пробила наискось крышу навеса и ударилась о валун. Это была огромная, весом, пожалуй, не меньше тонны, глыба льда, с мутной, ноздреватой поверхностью и зеленовато-прозрачная, сверкающая в изломе. Удар был так силен, что валун дал трещину, а сама глыба раскололась надвое. Местами в середине ее были вкраплены точки — вроде зернышки. Фермер коснулся одной из половин, но тотчас с бранью отдернул руку: лед в изломе был холоден и обжигал, как раскаленный металл.
Фермер стоял над необычайным небесным подарком и озадаченно почесывал за ухом: откуда принесло этакую махину? Не с самолета же она свалилась… Поглядев на прибежавших ребятишек, похолодел, испугался задним числом: упади эта чертовщина немного левее, от них осталось бы мокрое место. Он
с озлоблением пнул одну из половинок льдины ногой и пошел к дому. Сел на скамью и на вопросы жены и детей: «Что это такое?» — только отмалчивался. Да и разве мог он объяснить, откуда «оно» взялось, это диво?..
2. БЕГСТВО КУПЕРОВ
Через полчаса Купер снова стоял у навеса. Обе части глыбы все так же недвижно лежали по бокам валуна, и сердцевина их под жаркими лучами солнца заметно оттаивала, курилась… Может быть, о происшествии следовало сообщить в город — в газету? Ученым? Нет, покидать ради этого ферму, работу казалось Куперу ничем не оправданной тратой времени. Да пропади он пропадом, этот кусок льда! Купер был сокрушен и раздосадован размерами повреждений, нанесенных навесу.
— Вот так оно и получается, — размышлял Купер, латая крышу. — Нет того, чтобы свалился золотой самородок или чемодан с деньгами… Камень упадет на кувшин — кувшину худо, кувшин упадет на камень — опять же плохо кувшину, как ни поверни, все кувшину, то бишь, фермеру горе…
Ребятишки долго сидели на корточках у льдин, таращились на них, но это вскоре надоело, и они вернулись к своим будничным делишкам. Все как будто вошло в обычную колею.
А льдины продолжали лежать на солнце, и вместе с капельками влаги от их сердцевины отделялись и соскальзывали на землю коричневые зернышки. Тогда Купер не обратил на это внимания.
К вечеру, однако, небесный гость снова привлек к себе внимание. Ребята донесли, что зернышки прорастают. Купер нахмурился, но пошел посмотреть, в чем дело. Правда, около валуна появились робкие нитевидные ростки буро-ржавого цвета, покрытые редкими крохотными шипами. Освещенные закатным солнцем, они вились, закручивались. Там и сям на их стеблях вздувались бородавчатые почки, лопались и выбрасывали новые побеги усики, как у вьюнка.
За ужином жена посоветовала Куперу выполоть «эту нечисть». Но он смертельно устал и решил отложить карательные меры до утра.
Настало утро рокового 7 июня. Купер, как всегда, поднялся раньше всех и