Опора на духовного учителя: построение здоровых взаимоотношений стр. 438
Оно заключает в себе не только изучение предмета или педагогических навыков, а также и участие в работах, которое дает возможность исследовать личные подходы к авторитету, сексу, деньгам. И также это обретение опеки и контроля. Оно приводит к жизни в близости с наставником, как правило, – в качестве составной части его домашнего мира, и к обучению в наблюдении за межличностными отношениями учителя и за совершением ежедневных дел, а также к обучению в интенсивном взаимодействии с наставником. Эти отношения могут быть предельно требовательными, как это было в случае моего девятилетнего ученичества у Серконга Ринпоче, когда я обучался быть переводчиком и духовным учителем. Например, чтобы воспитать мое внимание и память, он, бывало, останавливал наш разговор в любое время и просил меня повторить слово за словом все, что он или я только что говорили. Эмоциональное требование такого обучения – строгая приверженность основному руководству не раздражаться на учителя и рассматривать каждое его действие как учение.
Духовные отношения подмастерья–наставника между двумя современными западными людьми, живущими вместе, – это еще более неисследованная сфера. Хотя определенные черты современной западной культуры могут сделать их еще более трудными, нежели в тибетском или других обществах, но возможные преимущества таких взаимоотношений между двумя квалифицированными зрелыми людьми со здоровой сильной связью ученика–наставника могут сделать эти отношения досточно значимыми, чтобы их исследовать. Давайте посмотрим на некоторые руководящие принципы. Большинство из них также будет распространяться на учеников, живущих со старым или немощным западным наставником, даже если ученики и не проходят обучения в подмастерьях.
Устройство жизни, возможно, сложится наилучшим образом, если обе стороны будут одинокими людьми – вне зависимости, монахами или мирянами, или в случае, если одна из сторон имеет спутников жизни: когда наставник и его спутник (спутница) составляют учительскую пару или когда ученик и его (ее) спутник (спутница) обучаются как одна команда. Если спутники с любой из сторон лично никак не включены в процесс обучения или изучения и, в особенности, если любая сторона имеет детей, тогда может возникнуть слишком много проблем ревности, обид, иерархии преданных чувств, возможной эксплуатации учеников или их спутников в качестве слуг и так далее. Если такие проблемы возникают даже в культурах, имеющих обычай, по которому люди живут в расширенных семьях, то насколько же больше их возникнет в западных культурах, в которых этот обычай отсутствует?! В таких случаях может быть наилучшим вариантом ученичество без проживания вместе. Более того, вне зависимости от полов и сексуальной ориентации незрелых учеников-подмастерьев, должно быть ясно с самого начала, что отношения живущих вместе – это не "духовный брак" с очаровательным Принцем или Принцессой.
В традиционных обществах Индии и Тибета духовные ученики-подмастерья в период прохождения интенсивного обучения сохраняют целомудрие (санскр. поведение брахмачарьи). В современном западном контексте, возможно, нереалистично ожидать полного целомудрия от мирян-учеников, живущих и обучающихся в доме своего наставника. Однако было бы неправильным для одиноких мирян-подмастерьев приводить своих партнеров спать в доме наставника или, при отсутствии установившихся сексуальных отношений, искать себе партнеров во время проживания с наставником. Отношения ученика–наставника должны быть основными интенсивными взаимоотношениями, в особенности в рамках общего дома. Кроме того, когда одинокие миряне-наставники имеют возлюбленных, для большинства учеников, возможно, тоже будет не слишком комфортно, если наставники