Опрокинутый мир стр. 113
с тобой перед отъездом.
Он жестом показал на дверь, которая до тех пор оставалась закрытой, и Гельвард отворил ее. За дверью была маленькая комнатка, и там его ждал отец.
Гельвард прежде всего удивился, а затем просто не поверил своим глазам. Он же видел отца немногим более десяти дней назад, когда тот направлялся верхом на север; теперь, за какие-то десять дней, отец внезапно чудовищно постарел. Когда Гельвард вошел, отец попытался встать со стула, но не удержался на ногах и оперся нетвердой рукой о сиденье. Он повернул лицо к сыну, но даже это далось ему с большим трудом. Весь его облик говорил о глубокой старости: он сгорбился, одежда висела на нем мешком, и рука, протянутая навстречу Гельварду, заметно дрожала.
— Гельвард! Здравствуй, сынок.
Поведение отца тоже изменилось неузнаваемым образом: от былой отчужденности, к которой Гельвард так привык, не осталось и следа.
— Отец!.. Тебе нездоровится?
— Да нет, все в порядке. Просто придется поберечься — доктор говорит, я слишком часто бывал на севере. — Он качнулся, и Гельвард инстинктивно сделал шаг вперед, чтобы поддержать его. — Мне сообщили, что ты отправляешься в прошлое. Это верно?
— Да, отец.
— Будь осторожен, сынок. Ты увидишь много такого, над чем придется поразмыслить. Там все иначе, чем в будущем… в будущем я чувствовал себя, как дома.
Клаузевиц вошел следом за Гельвардом и стал на пороге.
— Гельвард, учти, отцу только что сделали инъекцию.
Сын обернулся, словно его ужалили.
— Что случилось?
— Он вернулся в Город ночью, жалуясь на боль за грудиной. Диагноз — ангиоспазмы. Ему дали обезболивающее, и он должен лежать в постели.
— Хорошо, я его не задержу.
Гельвард опустился на колени подле стула.
— Ну, а сейчас… сейчас-то ты чувствуешь себя нормально?
— Я же сказал, все в порядке. Не беспокойся обо мне. Как Виктория?
— Держится молодцом.
— Славная она у тебя девочка, Виктория…
— Я ей передам, чтобы она навещала тебя.
Видеть отца в таком состоянии было больно и страшно. Он и понятия не имел, что отец так состарился… Но ведь всего несколько дней назад тот выглядел куда моложе! Что же могло случиться за эти дни? Они поговорили еще немного, но отец вскоре начал терять нить разговора, потом его веки смежились, и Гельвард встал.
— Я позову врачей, — предложил Клаузевиц и быстро вышел.
Через две-три минуты он вернулся в сопровождении двух администраторов медицинской службы. Они бережно подхватили старика под руки и вынесли в коридор, где уложили на покрытую белой тканью каталку.
— Он поправится? — вырвалось у Гельварда.
— За ним будут ухаживать. Это все, что сейчас можно сказать.
— Он стал таким дряхлым, — брякнул Гельвард, не подумав: ведь Клаузевиц и сам был человеком не первой молодости, хотя, конечно, выглядел намного крепче отца.
— Профессиональный риск, — заметил глава гильдии разведчиков.
Гельвард бросил на Клаузевица острый взгляд, но пояснения не последовало. Вместо того гильдиер взял ботинки, подбитые железом, и подтолкнул их к ученику.
— Ну-ка, примерь…
— Но мой отец… вы попросите Викторию присмотреть за ним?
— Не беспокойся, я обо всем позабочусь.
4Гельвард спустился лифтом на второй уровень — тюки и прочее снаряжение были свалены в кабине рядом с ним. Когда кабина остановилась, он сунул свой ключ в специальную прорезь, чтобы двери не могли