Библиотека

Орден для Поводыря стр. 178

Размер шрифта
-
+
Тема

Перестал пытаться оценить стоимость картин и позолоты с потолочной лепнины. Стал аккуратно разглядывать незнакомых господ, вместе со мной дожидавшихся выхода друга и кузена государя. И скоро мысли плавно перетекли на цесаревича и мое участие в его судьбе.

Я нисколько не сомневался, что мои намеки на будто бы организовавшего спасение самого себя Никсу, вряд ли дойдут до ушей царя. Не тот Мезенцев человек, чтоб ссориться с наследником престола. А вот попробовать как-нибудь подкатиться к цесаревичу – Николай Владимирович может. Причем, скорее всего – и сделает это, хотя бы уже потому, что считает того начинающим политическим игроком. И – сто процентов, станет расписывать – какой он весь из себя молодец, что помогает "хорошо знакомому Его Императорскому Высочеству человеку".

Представляю, как Никса удивится! Я бы – точно удивился.

Но не думаю, что это мне чем-то грозит. Во-первых, кто я такой? Да, практически – никто! Младший сын средней руки чиновника в отставке, гражданский администратор из дикой Сибири. Не представляющий собой ни чего-то опасного, ни что-либо полезного. Для высшего света даже как-то неприлично возиться с такими…

А во-вторых, я, все-таки, вроде как спас цесаревичу жизнь. На месте спасенного, я и не такое готов был бы спасителю простить…

Да, великий князь Николай Александрович может счесть меня очередным выскочкой, и это сильно повредит продвижению моих проектов. Но, с другой стороны, пока на престоле Александр II, а не Николай II. И сейчас еще гораздо важнее отношение ко мне царя, а не его старшего сына.

Будет гораздо хуже, если Мезенцев вычислит, что Николай Александрович не в теме. Шеф жандармов может почувствовать себя обманутым, и обидится. И наделать много-много глупостей, способных сильно испортить мне жизнь. Нашепчет еще чего-нибудь этакого туземным банкирам, и я лбом буду в стену биться, а денег на железную дорогу так и не смогу собрать. Но и тут есть выход. Достаточно встретиться с наследником наедине до того, как его внимания начнет домогаться начальник Третьего отделения.

И тут мне снова должна помочь великая княгиня Елена Павловна. Сейчас, спустя три года с начала Великих Реформ, активно ею поддержанных, многочисленных крестьянских волнений и Польского бунта, симпатии Александра Освободителя снова обернулись в сторону консерваторов. Идейные вдохновители отмены крепостной повинности оказались в негласной опале. И участие вдовствующей княгини в спасении Никсы могло сильно изменить политические предпочтения Государя. А если еще я правильно сыграю свою роль…

— Великий Герцог Лауэнбургский, принц Ольденбургский, Его Императорское Высочество Петр Георгиевич! — радостно вскричал мажордом и хряснул раззолоченной палкой о бесценный паркет так, что я со стула аж

подпрыгнул. И поспешил встать в один строй с другими вышитыми мундирами.

Он вышел из кабинета. Высокий, худой, плешивый и лобастый. Стремительный. Я легко мог представить его в ботфортах и кафтане времен Петра где-нибудь на бастионе, среди пушечных залпов и яростных криков, повелевающего баталионами инфантерии.

Дядя подал принцу лист, куда вписывал имена собравшихся в приемной господ. У дяди каллиграфический почерк – не дай Бог, принц прочитает чей-то титул неверно – скандал на всю столицу будет!

Ольденбургский пробежал глазами список и тут же отдал Карлу Васильевичу какие-то распоряжения. Тот поспешно скрылся за высокими дверьми. Впрочем, вернулся он тоже стремительно – пауза не успела

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.