Оскал Анубиса стр. 128
раздражения. Ей самой было тошно, хоть на пару с Анубисом вой, а тут еще это.
Это стояло на пороге и мялось, не зная, с чего начать разговор.
Из спальни легко выбежала собака и уставилась на Ральфа, чуть наклонив голову набок. За ним следом выпрыгнула и кошка. Ральф посмотрел на Баст и спросил:
— Откуда у тебя животное? — имея в виду кошку.
— Наследство от профессора, — глядя ему в глаза, ответила девушка.
— Бетси, мне очень жаль… — начал парень, но она его перебила:
— Мне тоже очень жаль, — всем своим видом показывая, что его жалость ей не нужна.
— На самом деле я хотел тебе помочь, ведь это тяжело. Я подумал, что сейчас это самое главное.
— Да, — легко согласилась девушка. — Главное. Было. Вчера. А вчера тебя рядом не было.
—Я…
— Мне не нужно знать ответ. Я не хочу… — устало сказала она.
Все это выглядело очень странно. После того, как Миша и Бумба ввалились к ней в номер в новогоднюю ночь с такими новостями, она не находила себе места.
Оборвала все телефоны в гостинице, звоня шейху через каждые полчаса и требуя от него отчета, так как Хусейн мягко ей намекнул, что сейчас у него в доме женщине не место. Ральф все это время сидел как
на иголках, и Бетси показалось, даже вздохнул с облегчением, когда Гурфинкель с Покровским собрались уходить. У него появился разумный предлог ускользнуть из номера. Конечно, такое странное поведение можно было объяснить произошедшей трагедией. Но…
Он не должен был оставлять ее одну. НЕ ДОЛЖЕН.
И теперь девушка почему-то не хотела быть к Ральфу снисходительной. Поэтому несчастный молодой человек топтался у двери, чувствуя, что он здесь не к месту.
— Тогда я пойду… — выдавил он. — В пятницу вечером английская часть экспедиции собирается на поминальный ужин в “Миш-Мэш”. Ты будешь?
— Буду, — сухо.
— Тогда до встречи, — сказал он и, поняв, что Бетси не собирается ему отвечать, скрылся за дверью.
Бетси пристально всматривалась в толпу пассажиров, выискивая взглядом высокую фигуру Гора. Ее мучили странные противоречивые чувства. С одной стороны, она очень хотела увидеть приятеля, словно тот был живым отражением профессора, а с другой — боялась, потому что он будет задавать вопросы, а она — держать ответ, почему не уберегла его отца.
Ситуация изменилась с точность до наоборот. От присущей ей холодной надменности в отношениях с Гором не осталось и следа. Неужели для того, чтобы она изменилась, потребовалась такая огромная жертва, как жизнь Алекса Енски? От этой неожиданной мысли Бетси оглохла и ослепла. Мучаясь от чувства вины, она не заметила, как в зал вошел Гор и направился к ней. . — Здравствуй… — горько.
* * *— Анубис, ты когда-нибудь заглядывал в бездну?
— Смотря в какую, Бетси.
— Так вот, у него в глазах была бездна. Он тоже поменялся. Очень сильно. Наверное, он начал меняться уже давно. Просто я не хотела этого замечать…
Гор молча ждал ответа. А она с надеждой искала в его лице жизнь. Впрочем, что она хотела увидеть — радость встречи? Затаенную любовь? Глупо… Ему тоже тяжело. Даже тяжелее, чем ей. Лицо у него было бледное, губы белые, и держался он как-то отчужденно.
— Здравствуй… — печально.