Библиотека

Осколки клана. Том 1 стр. 81

Размер шрифта
-
+
Тема

молчу про то, что там есть проходы в катакомбы, а местами и на минус первые уровни…

– Вот поэтому детей нужно найти как можно быстрее, – со вздохом ответила мне эта скотина, – и поэтому в этот раз я буду с вами. Понимаешь ли, в чём дело, Бажов, вы, ребята, выбрали далеко не самую безопасную профессию на этом свете. У вас был шанс пойти по мирному направлению и стать кудесником или обычным чаровником, но вы им не воспользовались. Надеюсь, это было обдуманное решение. Быть же чародеем, даже учась в Академии, – значит постоянно и осознанно подвергать свою жизнь опасности. Да, погибнуть можно и очищая пустующее здание от паразитов или вообще просто тренируясь на полигоне, но не зная, не чувствуя реальную угрозу, невозможно научиться адекватно воспринимать окружающую действительность.

На салон опустилось несколько мгновений тишины, разбавляемой только приглушённым стрёкотом двигателя. А затем масочник, вдруг растеряв всю наигранную ленцу, пафос и высокомерную снисходительность, добавил, заставив всех почувствовать, что говорит абсолютно серьёзно.

– Так что скажу прямым текстом, чтобы все поняли и осознали, а между нами не осталось ненужного недопонимания: вполне возможно, сегодня кто-то из вас погибнет, – по какой-то причине, говоря это, он буквально буравил меня взглядом. – Повторюсь, такое может случиться на любой из принятых рукой миссий. Не буду говорить банальности, вроде того что «детство закончилось», или другие благоглупости. Просто поймите: мы хоть и называемся «учебными группами», но «тренировки», как и «игры», заканчиваются в тот момент, когда рука покидает территорию кампуса и начинается «боевая операция», какие бы задачи на ней ни ставились. Пусть пока что для её проведения мы и вынуждены пользоваться оперативной техникой Академии. О чём вам, кстати, сегодня говорили на вводной лекции, вот только, похоже, не все восприняли слова Ефима Яковлевича всерьёз.

– Смерть с самого рождения ходит вокруг любого живого существа. Как духовного, так и материального… – с какой-то задумчивой полуулыбкой неожиданно выдала наша Леночка, привлекая к себе наше внимание. – Мы сами вырезаем узор судьбы на веточке, на которой растёт лист нашей жизни.

Честно говоря, от слов смертоносицы аж мурашки по спине побежали. Уж кто-кто, а она крепко-накрепко связана со стихией, с которой обычный человек напрямую сталкивается всего один раз в жизни. И то летально. Так что когда Леночка вдруг становится говорливой и выдаёт подобные «откровения», по спине реально начинают бегать мурашки.

В этот момент сидевшая рядом Ленка вдруг ткнула меня кулачком в бок и кивнула на Алтынова. С парнем происходило что-то неладное. Черты и так довольно бледного лица заострились, на лбу выступила испарина, а самого его, словно в трансе смотрящего в одну точку, несмотря на крепко сжатые в замок руки, явственно потряхивало.

– Учитель…

– Да твою ж мать! – Мистерион вскочил со своего места, схватив парня за плечо и пристально вглядываясь в глаза…

– Мн-не н-нельзя… Мн-не н-нельзя… я н-наследник. Мн-не н-нельзя… – тихо, на самом пределе слышимости шептал он сквозь плотно сжатые губы.

Убедившись в чём-то, наставник вытащил из подсумка маленький фиал с золотистой жидкостью и, насильно разжав Сергею челюсти, влил содержимое в рот. Эффект был практически моментальным, непонятное заикание прошло, Алтынов ожил и схватил

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.