Библиотека

Ослепительный зверь стр. 1

Размер шрифта
-
+
Тема

© Резанова Н. В., 2026

© ООО «Издательство «Вече», 2026

a983c024d84a9d31368785e505eb77a3.png

Трубы и факелы

А на лица свои полагают личины косматыя и зверовидныя, и одежду таковую же, а созади себе утверждают хвосты, яко видимыя беси.

Челобитная нижегородских священников патриарху Иосафу, 1636 г. Тощие коровы

Ты умна, а я идиот,

И неважно, кто из нас раздает.

И даже если мне повезет

И в моей руке будет туз,

То в твоей будет джокер.

Группа «Крематорий»

– И граппы теперь днем с огнем не сыщешь! А нынешние, с позволения сказать, сомелье, даже не знают, что это такое!

– Ну, Екатерина Аркадьевна, – со всей возможной вежливостью сказал Костров, – если в наше время самая большая ваша проблема – отсутствие в продаже граппы, я вам завидую.

От Сасагоновой – она предпочитала именовать себя на псевдонародный лад Катериной – можно было ждать в ответ чего угодно. То, что женщина в ее возрасте и статусе во весь голос способна рассуждать о преимуществах тех или иных алкогольных напитков – и где? – свидетельствовало за себя. Она, например, вполне могла разразиться речью, что работникам сферы культуры более пристало пить граппу, чем ракию или чачу, не говоря уж о родном самогоне. Но она только широко улыбнулась, показав щучью пасть.

– Да пожалуйста, завидуйте…

Кострова передернуло. Эта женщина раздражала его по факту существования. Не говоря уж о манерах и внешнем виде – любая одежда выглядела на ней так, будто была куплена на блошином рынке, даже если эта блошка располагалась в Париже или Барселоне. Впрочем, это чувство определенно возникло после того, как литературно-краеведческий музей, коим заведовал Костров, волею местных властей перевели из ведения городских структур в областные. До этого он с Катериной Сасагоновой, директрисой музея-заповедника «Медвежий Дол», в городе появлявшейся не так часто, почти не пересекался и тем более не конфликтовал. Увы, нынешняя печальная ситуация, когда музеи не могли существовать без дотаций от властей, а дотации эти с каждым кварталом таяли, превратила их в естественных соперников, чтоб не сказать хуже.

Забормотал коммутатор, и секретарша, сидевшая, уткнувшись в экран компа (наверняка зависает во вконтактике или чем-то подобном), вышла из транса.

– Павел Иванович вас примет.

П. И. Гонобобель, заместитель областного министра культуры, полковник ракетных войск в отставке (хотя говаривали, что будто бы служба Гонобобеля была интендантской, но может и врали), пересидел не меньше пяти министров культуры – с тех пор, как в области вообще завелись министры. Под него копали, но безуспешно. Этот лысый толстячок с кустистыми бровями был в своем роде феноменом – он не присваивал казенных денег. Зато и к выделению денег нуждающимся относился так, словно их тянут из его собственного кармана, и цеплялся за них до последнего. Если Катерина напоминала Кострову щуку, то Гонобобель – бультерьера, и порою Кострову приходила мысль – лучше бы П. И. был хапугой, проще было бы договариваться.

Разумеется, он выдаст грант – если выдаст – только под один проект. Кто помоложе и поглупее, полез бы вперед, но нет – пусть сперва Катерина устраивает цирк с конями, а Костров посидит и подождет.

Головною болью местных чиновников от культуры Медвежий Дол и его директриса стали в конце прошлого тысячелетия. Тогда в сферах почти заоблачных свершилась перекройка территориальных границ, в

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.