Основание стр. 230
компромисс с Саттом.
— Ну и хорошо, — сказал Мэллоу. — Если у меня ничего не вышло с первым, давайте попробуем второе.
Они не виделись друг с другом с того самого дня процесса, который происходил два года назад. Ни один из них не заметил перемены в другом, разве что неуловимо изменилась атмосфера: победитель и побежденный поменялись местами.
Сатт сел в кресло, не пожав руки.
Мэллоу предложил ему сигару.
— Не возражаете, если Джаель будет присутствовать при разговоре? — сказал он. — Он честно хочет найти какой-нибудь компромисс. Он может выступить посредником, если мы оба разгорячимся.
Сатт пожал плечами.
— Для вас компромисс будет выгоден. Когда-то по другому поводу я просил вас высказать свои условия. Я предполагаю, что наши роли теперь поменялись.
— Вы правильно предполагаете.
— В таком случае — вот мои условия. Вы должны прекратить гибельную политику экономического подкупа путем торговли и вернуться к испытанному методу внешней политики наших отцов.
— Вы имеете в виду завоевания с помощью миссионеров?
— Совершенно верно.
— Других компромиссов быть не может?
— Нет.
— Гм-м-м…
Мэллоу медленно зажег сигару и затянулся. Кончик ее разгорелся ярким пламенем.
— Во времена Хардина, когда завоевания посредством миссионеров были новыми и радикальными, такие люди, как вы, возражали против этого. Сейчас он испробован, испытан, окружен нимбом и вполне подготовлен для таких, как Джоран Сатт. Но скажите, как вы собираетесь выпутываться из наших теперешних затруднений?
— ВАШИХ теперешних затруднений. Я не имею к ним ни малейшего отношения.
— Пусть это будет по-вашему, но ответьте на мой вопрос.
— Требуются решительные меры. То ничегонеделание, которым вы занимаетесь — фатально. Это будет признанием слабости Основания перед всей Периферией, когда самым главным аргументом является сила, и среди них не найдется ни одного стервятника, который не присоединился бы к добыче за своей долей мертвечины. Вы должны это понять. Вы ведь со Смирно, не так ли?
Мэллоу не обратил внимания на многозначительность последней фразы.
— А если вы победите Корелию, — спросил он, —
что делать с Империей? Ведь именно она — враг номер один.
Узкие губы Сатта раздвинулись в улыбке.
— О нет, ваш ответ о путешествии на Сивенну был полон. Наместник Норманского Сектора заинтересован в завоевании Периферии только в корыстных личных целях, да и то для него это не самое главное. Он не собирается ставить на карту все, чтобы организовать экспедицию на окраину Галактики, когда у него пятьдесят враждебно настроенных соседей и Император, против которого можно восстать. Я передаю ваши собственные слова.
— Еще как может, Сатт, в особенности, если решит, что мы представляем опасность. А он может так решить, если мы разрушим Корелию лобовым ударом. Нам следует быть более гибкими.
— Как например…
Мэллоу откинулся на спинку кресла.
— Сатт, я дам вам один шанс. Вы мне не нужны, но я могу вас использовать. Так что я расскажу вам в чем тут дело, а дальше можете выбирать, либо присоединиться ко мне и получить место в правительстве, либо остаться верным вашим идиотским принципам и сгнить в тюрьме.
— Последнее вы уже пытались однажды проделать.
— Не очень, Сатт, не очень. Время для этого пришло только сейчас. А теперь послушайте.
Глаза Мэллоу сузились.
— Когда я впервые приземлился на Корелии, — начал он, — я подкупил Комдора разными безделушками и приборами, которые