Особенности воспитания небожителей стр. 106
агрессивная, — кивнула я, азартно выковыривая следующий «орешек». — Судя по тому, как она окисляет нож, гораздо агрессивнее человеческой. Но золото — инертный металл, оно не боится кислоты. А камни, судя по вот этим наростам на стенках желудка, вы не перевариваете, просто дробите в песок. Который потом выводится естественным путем.
— И что это значит?
— Логика подсказывает, что после попадания в ваш организм паразиту нужно хорошее прикрытие, прежде чем он доберется до уязвимых частей тела. — Я потыкала пальцем в третий желтый орех. — Золотое покрытие подходит идеально: его не раздробить, только помнется, и не растворить в желудочном соке. А вот ниже, в кишечнике… Так, помоги мне вытащить вот эти петли. Вскроем сразу.
— Знаешь, — похоже, демона все же слегка проняло, — мне кажется, на сегодня хватит. Изучи то, что ты уже выковыряла из моих подданных. Нам пора отдыхать и ужина…
Тиньмо еще раз осмотрел живописные ошметки «подданных», размазанные по всей демонической столовой, и про ужин замолчал. А зря.
— Ну ладно… вскроем сначала то, что похоже на цисты, остальное потом, — согласилась я, тщательно заворачивая добычу в салфетку и пряча в карман. — Мне будут нужны еще трупы, желательно менее похожие на людей. Интересно же… А что там на ужин? Я проголодалась, кстати.
— Хм, — сказал крапчатый звездун и вдруг бесцеремонно подхватил меня на руки. Я пискнуть не успела, как почувствовала свой лисий хвост в его руках. — Пока мы идем в мои покои, тебе лучше быть в этом облике. Мне не нравится, как на тебя смотрят… все.
Я только тявкнула с досады. И тут же попыталась зубами достать дурацкий ошейник, который на меня-лису нацепили. Он явственно и не очень хорошо влиял на мои мозги, заглушая все, кроме маньячного желания исследователя-потрошителя. А еще у меня вдруг закружилась голова, и тело бессильно обвисло в руках повелителя. Это еще что за?..
— Хм… — Тиньмо задумчиво поднял мою расслабленную тушку на уровень собственных глаз, покачал ее из стороны в сторону и слегка нахмурился. — Кажется, глядя на твое поведение, я успел забыть, что передо мной всего лишь хрупкая человечка. Твоей ци недостаточно даже для такой мелочи… — И после этих слов в меня полилась лава. Ну, мне так показалось.
Стало так больно, что я взвыла страшным лисьим воем и что было сил вцепилась зубами в то, что первое подвернулось, — в руку наглого демона. Прокусила до крови, подавившись солоновато-перечным вкусом.
Его энергия жгла и грызла меня изнутри, коварно подбираясь по меридианам к устало пульсирующим средоточиям разноцветия и особенно настойчиво атакуя нежную зелень у меня в груди. Чувствуя, что еще немного — и все, я снова яростно взвыла и вместе с повелительской конечностью выплюнула излишки его неправильной энергии.
Разноцветный вихрь прошелся изнутри по телу, словно промывая его, растворил уже впитавшуюся демоническую энергию и… вместо того, чтобы выбросить ее вон… м-м-м… съел? Поглотил? Утянул куда-то вниз, в алые сполохи жажды жизни. Притаился там, тихо мерцая и согревая меня, словно маленький костер в ночи.
— М-да. М-да. М-да. Почему ты такая неправильная, вот скажи? — Кажется, кто-то неподдельно огорчился… — Что ты наделала? Теперь минимум несколько дней нельзя менять твой облик! Так и будешь лисой. Если я попробую превратить тебя насильно, ты просто умрешь,