Остановите музыку стр. 14
себя глупо под взглядами танцовщиц из клуба, которые вроде бы собрались на урок, а пришлось наблюдать за первыми попытками покрутиться у шеста своего преподавателя. Нина чувствовала ужасную неловкость, было стыдно, а ещё внутри появилось ощущение того, что она делает нечто запретное, грязное.
Девушки в откровенных нарядах собрались вокруг, наблюдали за ней и посмеивались, а она, переполненная унижением и в то же время решительностью, отрабатывала самые простые движения. Видимо, из вредности и женской солидарности, сговорившись, ей не давали советов и не собирались помогать, пришлось осваивать, как оказалось, серьёзную науку самой. И к удивлению и некоторому личному неудовольствию, стало получаться. Уже через неделю она чётко и уверенно раздавала советы и наказы девушкам, оттанцевавшим у шеста не один месяц, а то и год, что-то даже показывала сама, и уже запросто могла представить себе новый номер, в уме рисуя последовательность движений, и понимая, насколько осуществимы её задумки, справится ли та или иная девушка с предложенной программой.
Спустя три месяцы работы в клубе, получая у Вити зарплату, попала в неловкую ситуацию.
Жаба выложил перед ней деньги, а когда Нина протянула за ними руку, пальцем их придержал.
Нина замерла, в непонимании и тревоге вскинула на него глаза, а Витя улыбнулся. Лучше бы он этого не делал, получалось у него это довольно мерзко.
— Сколько ты хочешь? — спросил он, а Нина нахмурилась. Осторожно кивнула на деньги на столе.
— Зарплату хочу.
Витя усмехнулся, разглядывая её.
— В золоте ходить будешь, с головы до ног. Хочешь?
Нина руку от денег убрала и на всякий случай от стола отступила.
— Вообще-то, нет. Никогда и не мечтала.
— Да прекрати ты кривляться, я же серьёзно предлагаю. Два номера за вечер, сама себе хозяйка, и больше в зале вообще можешь не появляться.
Она натянуто рассмеялась.
— Да ты что, Витя? Какая из меня стриптизёрша? Ты же видел, я с азов здесь начинала, не знала, с какой стороны к шесту подойти. — Ещё мечтала о том, чтобы Жаба пошутил, но он смотрел серьёзно.
— Научилась быстро, — сказал он, а от его тона мороз по коже.
Нина глубоко вздохнула, не зная, в какой угол ей взгляд отвести. Потом решила поговорить с ним начистоту. Зачем с «хорошим» человеком отношения портить, правда?
— Я не смогу, Вить. Я себя знаю. Я в зал выйду и… всё.
Он продолжал разглядывать её, и во взгляде появлялось всё больше любопытства.
— Да вроде не девственница, ребёнок есть. Чего стесняешься-то?
— Причём здесь это? — попыталась возмутиться Нина, щёки загорелись, и она всё на свете прокляла, зажмуриться хотелось.
Он плюхнулся в дорогущее кресло из натуральной кожи, поглядывал на неё теперь снизу.
Взгляд бесстыдно остановился на груди, и Нина внутренне подобралась. И ещё раз решительно заявила:
— Не смогу.
— Ну что ж, я подожду.
Посмотрела с мольбой.
— Прекрати меня смущать. — Деньги со стола взяла и поторопилась отступить к двери. Не забыла улыбнуться напоследок. Нужно быть благодарной за соблазнительное предложение, их не всем делают, тем более горы золота не обещают.
Наверное, нужно было радоваться, что Витя оказался не таким поганцем, как все вокруг говорили, не доставал, не заставлял и не угрожал. Нина старалась на опасные темы с ним не разговаривать, ни с какими просьбами