Остановите музыку стр. 41
без всякого одобрения, видела, как он привычным жестом одергивает пиджак дорогого костюма, что время от времени смотрит на часы на запястье, наверняка тоже стоящие баснословных денег, потирает бровь и снова прикладывается к бокалу. Смотрела и не понимала, почему смотрит. Наверное потому, что этот человек олицетворял собой все, что было ей чуждо в этом новом для нее мире. Большие деньги, наглость, стремление прошибить лбом любую стену, в желании добиться своего, отношение к женщинам, и, наверное, к самой жизни. Он даже внешне был не в ее вкусе, она взрослела в кругу танцоров, изящных, натренированных мужчин, которые умели танцевать вальс и ча-ча-ча, она всегда считала такой типаж для себя привлекательным. Подумав об этом, стало смешно, Нина на самом деле усмехнулась, и вдруг поняла, что объект ее наблюдения теперь сам на нее смотрит, поверх бокала. И при этом странно щурится — то ли видит плохо, то ли она кажется ему странной, а возможно и подозрительной.
Нина поспешила отвернуться, хотя понимала, что поступает неправильно, следовало улыбнуться ему, легко и ненавязчиво, как все девушки вокруг улыбались мужчинам, а она, дура такая, от неожиданности поперхнулась, причем ещё до того, как сделала глоток шампанского.
Собственным испугом, наверное, и мыслями.
Гретка фыркнула, наблюдая за ней.
— Ты тоже напилась.
— Вот ещё.
— А тогда чего краснеешь? Ты, наверное, первая, кто покраснел в «Тюльпане» за последние десять лет. — Грета рассмеялась. Нина взглянула на неё с укором.
— Ты замолчишь или нет?
Грета прижала пальцы к губам и пообещала:
— Замолчу, замолчу. К тому же, к нам, кажется, кое-кто собирается присоединиться.
Нина оглянулась через плечо, и от досады прикусила нижнюю губу. Двойной подарочек, в виде полупьяного Вадима, паршиво улыбающегося, и обладателя чистого взгляда, Константина, который казался заинтересованным, разглядывая Нину так, как она его несколько минут назад.
— Девчонки, вы чего шепчетесь? — Вадим положил руки на спинки стульев и наклонился к ним.
Улыбался паршиво, с явным умыслом,
и Нина поднесла бокал к губам, скрывая, как они недовольно кривятся. На соседний стул присел Константин и уставился в её лицо, и теперь уже бокал с шампанским не спасал, Нина не знала, куда глаза деть.
Грета к Вадиму потянулась, тот с готовностью наклонился и получил поцелуй в губы.
— У нас маленькие секреты. А ты заскучал?
— Без тебя.
Нина моргнула, оценив, насколько капризно прозвучал голос великовозрастного дитяти. И отшатнулась от руки Константина, который потянулся через стол, и тюкнул Вадима по лбу.
— Что ты затянул, — без всякого уважения сказал он. — Маменькин сынок. — Руку он убрал, а сам посмотрел на Нину. Она была уверена, что отвернется, но Константин вдруг добавил: — Я так понимаю, что знакомить нас не собираются.
— Она уже все знает, я все про тебя рассказала, — порадовала Грета.
— Боюсь подумать, что именно.
— А чего ты боишься? — Грета потрепала его по щеке. — Я только хорошее, я же тебя люблю.
— Правда? — Константин искренне впечатлился, снова кинул быстрый взгляд на Нину, которая с сосредоточенным видом наблюдала, как бармен за стойкой трясет шейкер, смешивая коктейль.
— Хоть кто-то тебя любит, — буркнул Вадим, провел пальцем по голому плечу Нины, за что получил тычок локтем в бок. Расстроено вздохнул.
Константин поставил на стол пустой бокал из-под виски, на