Библиотека

Остров Чаек стр. 207

Размер шрифта
-
+
Тема

Новые партнеры.

Это был танец радостных новых начинаний, а еще – дань памяти мертвым, деревне Плетеных Зверей.

Хатин вспомнила древнюю легенду о том, как Когтистая Птица хитростью отвадил захватчиков от селения при помощи сплетенных из травы ягуаров, которых выставил на вершинах горы, а сельчан гротами отвел в безопасное место. Вообразила, как человек с головой птицы, танцуя, входит в пещеру Хвост Скорпиона, а за ним гуськом следуют во тьму знакомые люди. Правда на сей раз они, дойдя до устья пещеры, обернулись на секунду и посмотрели на Хатин.

Мама Говри сияла, а ее пухлая нижняя губа по-прежнему свидетельствовала об упрямстве, тепле и искренней любви. У Эйвен улыбка, как всегда, походила на разрез ножом; угловатые черты ее лица на мгновение смягчились, и она посмотрела на сестренку с гордостью. Дальше брела бедная, грустная, глупая Уиш: лицо – узкое, покрытое шрамами, – но даже она сумела улыбнуться искренне, как в те дни, когда еще не погрузилась в скорбь, утратив младшую дочь и старшего сына. Следом за матерью шел Лоан, который так любил Хатин, что поспособствовал гибели всех; страх все еще не отпускал его. Хатин улыбнулась и помахала ему, чего не успела сделать в ту последнюю ночь с вершины скалы. Лицо Лоана облегченно разгладилось.

Они вошли в пещеру, и в груди у Хатин словно развязался узел, она почувствовала внезапную слабость, холод и одиночество. Не в силах ничего с собой поделать, она дала волю слезам, и Прокс озабоченно взглянул на нее.

– Все ушло… – попыталась объяснить Хатин. – Они все ушли… Кажется, я всюду носила с собой мертвых, и меня так тяготило то, чего они от меня ждали. Но вот все закончилось, я исполнила их волю, они ушли… и… я… не знаю, что мне дальше делать… Ведь Арилоу… Я больше не нужна Арилоу… Что мне делать, раз я никому не нужна?

– А чего ты сама хочешь? – тихо спросил Прокс.

Хатин открыла рот, вздохнула и сумела только тихо и неуверенно пискнуть. Это мало что объясняло, но большего она придумать не смогла.

– Хатин! – На горной тропинке появился Феррот. – Сделаешь так, чтобы Томки от меня отвязался, иначе я «причиню ему боль» камнем? Он не умолкает, все: «Где Хатин? А мы с ней свидимся? Хатин, Хатин, Хатин». – Увидев выражение ее лица, он умолк и, подойдя, присел рядом.

– Ну, будет тебе, сестренка.

Однако Феррот братом ей не был и должен был вернуться на Камнелом с кисляками. Сперва он подумывал скрыться, как Плясунья и Джейз, но стоило заикнуться об этом, и Джелджех врезала ему, вдвое сильнее, чем когда из-за него Джимболи схватила Арилоу. Потом она убежала, а он бросился за ней, и там она его еще ударила, но уже не так сильно, и вот Феррот, которому не очень-то удавалось быть мертвым, похоже, завязал с этим напрочь. Ему предстояло отправиться в деревню кисляков, надеть зеленое и с головой окунуться в омут жизни, как он прежде окунался в битву, – пока не пройдут ночные кошмары.

– Все хорошо, – сказала Хатин и хмуро улыбнулась товарищам. – Я на берег схожу. Ничего страшного?

Она осторожно встала и принялась спускаться по отлогому склону. Юноши молча смотрели ей вслед, пока ее широкополая шляпа, подпрыгивая, не

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.