Остров спокойствия стр. 342
кажется, что двадцать третье – хороший день, чтобы переехать к тебе. Нужно собрать вещи.
Он прижался лбом к ее лбу.
– Это запрещенный прием.
– Двадцать третье, Рид. Потому что я знаю: ты с этим покончишь. Сиси, ты приглашена на ужин.
– Я принесу шампанское.
– Моя студия останется здесь, пока мы с Ридом не доработаем дизайн моего рабочего места в… нашем доме.
– Мой дом всегда для тебя открыт, моя девочка.
Симона обратилась к Риду:
– Этот день, двадцать третье, станет для нас символом. Напоминанием о том, что какие бы ужасные вещи ни происходили, мы вместе.
– Полагаю, сейчас было бы уместно выпить кувшинчик «Сангрии».
Рид повернулся к Сиси и покачал головой.
– Не могу. Мне нужно вернуться. Оставайся здесь, – сказал он Симоне. – Пошли, Барни, с этими двумя женщинами мы ни о чем не договоримся. Отлиты в одной и той же чертовой форме.
– Поэтому ты нас и любишь! – крикнула Сиси ему вслед. – Я горжусь тобой, Симона.
– Мне страшно.
– Мне тоже.
Когда Рид заканчивал патрулирование, Патрисия сидела в своем штабе и потягивала джин с тоником – с каждым стаканом все больше джина, чем тоника. Выливать его в раковину – сущее расточительство.
К тому же джин вносил разнообразие в ее вечера с виски.
Пара стаканчиков в день – ну, три – помогали заснуть. Как заснуть без небольшой помощи, если ум постоянно работает?
Она ведь не напивается, как ее отец? И не запивает алкоголем таблетки, как ее мать? Ей просто нужно немного успокоить мысли. В этом нет ничего плохого.
Потягивая джин, Патрисия изучала карты, свои записи с хронометражем, снятые на телефон фотографии.
Тот факт, что две ее главные цели оказались влюбленными голубками, и взбесил, и порадовал ее. С одной стороны, они не заслужили даже минуты счастья. А с другой – она перережет их счастью глотку и посмотрит, как оно истекает кровью. И, если она последит за ними еще немного –
а время пока у нее есть, – то можно будет убить двух голубков одним выстрелом.
Патрисия встала и начала расхаживать по комнате.
Впрочем, сучку, которая вызвала копов и трусливо отсиделась в туалете, она всегда планировала убить последней. В ее списке значилось с полдюжины имен до гадины-копа, застрелившей Джей-Джея.
Я продержалась так долго, уверяла себя Патрисия, потому что следовала плану. Заставила ФБР как следует побегать. И надо придерживаться плана. Если бы Джей-Джей придерживался плана…
Так что если – если! – ей выпадет легкий шанс, она убьет сучку первой. В ином случае…
Она подняла пистолет и нацелила его на фотографию Рида.
– Только ты и я, мудак. А когда ты умрешь… да, это разобьет сердце твоей маленькой шлюшке. И гадине-копу тоже. Мне это подходит.
Глава 29Джин с тоником, хождение по комнате и обдумывание планов порой не помогали. Чтобы расслабиться и унять скачущие мысли, Патрисия решила предаться своему излюбленному вечернему занятию.
Заперев двери и задернув шторы в пляжном домике – который она возненавидела и планировала сжечь дотла перед тем, как уедет с острова, – Патрисия сменила джин на виски со льдом и включила свое интервью. Сколько бы раз она его ни смотрела, оно неизменно ее развлекало и приводило в восторг.
Как хорошо она выглядит! Давно ушла