Остров спокойствия стр. 362
друг другом.
– Не подходи близко. Мы грязные.
– Сюзанна Дорси рассказала Хильди, а та рассказала Сиси, что ты взял бездомную собаку.
– Он освобожден под честное слово. – Рид безжалостно провел по собаке струей из шланга, чтобы смыть шампунь и подохших блох. – И сейчас его освобождение висит на волоске.
– У него милая мордаха.
– Да, все так говорят. Еще он покусан блохами и болеет глистами.
– Над ним издевались, Сюзанна сказала.
– Да. Это тоже.
Симона прошла к дому и села на ступеньки, потому что пес смотрел на нее так, словно ждал, что Симона может кинуть камень ему в голову.
– Сиси просила меня его сфотографировать и
прислать ей.
– Подожди, пока он станет более презентабельным.
– У него красивый окрас, вроде каурой лошади.
– Говорят, в нем есть какой-то кунхаунд.
– Ты любишь собак?
– Конечно. Когда я был маленьким, у нас был свой пес. Моя сестра назвала его Фриски – мы с братом не успели наложить вето. Хорошая была собака. Умерла незадолго до того, как я уехал в колледж. А ты?
– Мы не могли завести ни собаку, ни кошку. У мамы аллергия. Или так она говорит, – я не верю. Ты оставишь его у себя?
– Не знаю. Я ведь редко бываю дома.
Он отпустил пса, чтобы взять старое полотенце, и собака воспользовалась этим, чтобы отряхнуться от воды, – забрызгав Рида с ног до головы.
Под смех Симоны Рид вытер полотенцем собственное лицо.
– Пора в душ.
– Ты только что его принял.
– Вот тебе. – Он стал быстро тереть собаку полотенцем. – Как тебе это?
В ответ пес завилял хвостом и лизнул Рида в лицо.
– Конечно, конечно, теперь мы друзья.
Симона смотрела, как мужчина, смеясь, растирает пса полотенцем, а пес виляет хвостом и лижет его лицо. Если прежде она сомневалась, то сейчас, глядя на эту картину, она поняла, что влюбилась.
Глава 22Патрисия решила, что хочет профессионально задокументировать свою историю, и только один человек подходил под ее требования. Селина Макмаллен была прямо там, в «Даун-Ист», и сделала карьеру на том, что ей удалось снять видео с этим идиотом Полсоном.
Кто может быть лучше?
Кроме того, Селина отнеслась к ней с некоторым уважением во время того интервью к юбилею. Даже похвалила то, как она выглядела и как говорила, хотя, конечно, Патрисии пришлось делать несчастное, грустное лицо.
Сейчас все будет иначе, по-настоящему. И когда ее истинное интервью попадет на кабельное телевидение и в Интернет, люди наконец узнают, у кого имеются мозги, у кого имеются настоящие обиды.
Патрисия написала что-то вроде сценария и попрактиковалась. При этом она была так впечатлена собственным талантом рассказчика, что решила: когда она закончит дело и обоснуется во Флориде, она напишет киносценарий о своей жизни.
Все устроив, все подготовив, все проверив, она позвонила.
– Селина, слушаю.
– Не вешайте трубку, – дрожащим голосом прошептала Патрисия. – Не звоните в полицию.
– Кто это?
– Пожалуйста, мне нужно с кем-нибудь поговорить. Я напугана!
– Если хотите со мной поговорить, назовите свое имя.
– Это… это Патрисия. Патрисия Хобарт. Пожалуйста, не звоните в полицию!
– Патрисия Хобарт? – недоверчиво переспросила Селина. – Докажите.
– Вы зашли в комнату… вы назвали ее «зеленой комнатой»… перед интервью о годовщине в июле прошлого года. Вы сели рядом со мной и сказали, что,