Остров спокойствия стр. 365
притащил – доказав, что твоя работа никогда не заканчивается. Итак?
– Одному специальному агенту не понравился коп, сидящий на непыльной работе и отдавливающий его чувствительные пальцы.
– Ой. И он назвал остров «жалким островком».
– Я доволен тем, что обслуживаю и защищаю наш островок. Но мне не нравится, когда на меня пытаются давить. – Рид объяснил ей суть, пожал плечами и добавил: – Короче, я послал его на три буквы, и он ушел.
– Ему плевать, что женщина убита?
– Хочу верить, что ему не плевать, и именно поэтому он решил нанести по мне предупредительный удар. Правда, промахнулся. Большинство сотрудников ФБР, с которыми я сталкивался, преданы делу, хотят ловить плохих парней и готовы сотрудничать с местными копами, привлекать их к расследованиям, когда нужно. Но этот парень слишком буквально понимает слово «специальный» в звании «специального агента». Он просто считает себя лучше копов.
– Он мне не нравится.
– Мне тоже. Высокомерный придурок. Однако не факт, что он плохо справляется со своей работой.
– Тогда почему Хобарт до сих пор не поймана?
– Она ловкая. Умная, ловкая и чокнутая. У нее есть боевые навыки, целеустремленность и куча денег. Я бы не стал осуждать специального агента Ксавьера за то, что он ее еще не поймал. Я осуждаю его из-за того, что он тратит силы на защиту своей территории, при этом игнорируя информацию и помощь из внешних источников.
– У Сиси масса знакомств. Наверняка она знает людей, которые знают главу ФБР, или тех, кто знает людей, которые его знают.
– Не надо. – Рид легко похлопал Симону по руке. – Я разберусь. А если не разберусь, тогда вернемся к разговору о знакомствах Сиси.
Он поднялся, чтобы помыть тарелки. Пес тут же вскочил, в спешке ударившись головой о ножку стула.
– Господи, да успокойся ты! Я должен дать ему еще одну таблетку и обработать уши. С таблеткой просто – меня обеспечили специальными лакомствами, в которые нужно ее засунуть. А вот возня с ушами может принять плохой оборот.
– По-моему, он очень хороший пес. – Симона смотрела, как пес трусит за Ридом к раковине. – И очень храбрый.
Прилипнув к ноге Рида, пес посмотрел на нее.
– Ты такой красивый, и у тебя такие добрые глаза… – Говоря это, она опустилась на пол. – Как кто-то мог тебя обидеть? Теперь все позади. Ты попал в хорошее место.
Собака осторожно шагнула к ней, затем отступила, но продолжала слушать.
– И какой ты умница, что нашел Рида. Он возьмет тебя себе. Он говорит себе, что это не так, но он возьмет.
Еще один осторожный шажок, потом еще один.
Рид, неподвижно и молча, стоял у раковины и смотрел. Ему показалось, что пес словно загипнотизирован. Пес подполз к Симоне, к ее руке на полу. Обнюхал, осторожно лизнул. Дернулся, когда она подняла руку, вздрогнул, когда она положила ладонь ему на голову.
– Вот так. Никто больше тебя не ударит.
Пес придвинулся ближе, глядя ей в лицо, пока она его гладила.
– Я чувствую шрамы, – прошептала Симона. – У него доброе сердце и чистая душа, если он смог доверять человеку. Им не удалось сделать его злым. В нем от природы нет злобы. – Она наклонилась, поцеловала пса в нос. – Добро пожаловать домой, незнакомец.
И Рид мысленно согласился, что он завел