Остров желтых васильков стр. 81
ладонями.
– Господи, зачем она это сделала? Бедная Катя… – Марта зарыдала. Трофимов пересел к ней. Она неожиданно уткнулась ему в грудь, и он почувствовал сквозь свитер ее слезы. Неловко обнял, погладил по волосам. Она подняла на него заплаканные глаза, они снова поменяли цвет, стали темными.
– Мне холодно, – тихо сказала она. Веня обнял ее крепче. А потом ее губы оказались рядом, и Трофимов не понял, как страсть унесла его в новый огненный водоворот со вкусом горчичного меда. Он так глубоко в нее ушел, что не сразу услышал звонок своего телефона.
– Тебе звонит Эльза, – сказала Марта, кивнув сверху на его телефон. Трофимов вздрогнул и остановился, не слишком вежливо сбросил ее с себя, схватил мобильник. Марта неожиданно захохотала. Веня замер с телефоном в руке, глядя на фото жены. Сотовый умолк.
– Прости, у тебя было очень глупое лицо, – всхлипнула от смеха Марта, обняла его сзади за плечи и нежно куснула за ухо. – Эльза – это твоя жена? Перезвони ей, я буду вести себя тихо-тихо. Честное слово.
Ее руки поползли по груди, ниже, к животу. Трофимов отбросил телефон, перехватил ее руку и усадил Марту к себе лицом, на свои колени, запустил ладонь в волосы, впился в шею. Марта застонала, выгнулась и оставила след своих ногтей у него на спине. Кошачьи когти, заживать будут неделю, мелькнула мысль… «Но теперь я свободный мужчина», – подумал Трофимов и утонул в ней.
Сотовый больше не звонил. Марта поправила черные кружевные чулки, надела платье, заплела косу. На ее нежной шейке был виден след, который он оставил в порыве страсти. Стало неловко. Трофимов зажмурился. В данную минуту он себя ненавидел. Эльзе он никогда не ставил на теле таких отметин. Секс с женой всегда напоминал не исступление, а иронию. Они всегда смеялись в постели, валяли дурака и нежно ласкали друг друга, изучали друг друга, наслаждались друг другом. А Марта будила в нем первобытные инстинкты и сладострастность, превращала в похотливого зверя. Он получал мощную разрядку, невероятные по силе ощущения, но после секса наступало опустошение. После любви с Эльзой, напротив, он наполнялся счастьем. По всему выходило, что с Эльзой ему было лучше, и свои чувства к ней он мог сформулировать одним емким словом – любовь, но отчего-то тянуло к Марте. Совсем он, наверное, идиот!
«Может, Марта – суккуб?» – мелькнула шальная мысль. Веня вспомнил, что вычитал в одной занятной книге мифов про суккубов, демонов сладострастия в женском обличье, которые питаются сексуальной энергией жертвы во время секса. И человек полностью попадает во власть этих демонов, точнее, демониц. Суккуб присасывается к жертве и не оставляет ее до тех пор, пока не выпивает все жизненные соки. В книге было также написано, что демоны обретают телесное воплощение, вселяясь в покойников, пользуются их телом, но вычислить их можно по когтям на ногах.
Когтей на ногах у Марты не было, он лично видел на ее пальчиках ног безупречный педикюр, но совершенно определенно когти были на руках. Спину до сих пор жгло огнем. Трофимов машинально уставился на руки Марты. Она заметила его взгляд и поправила браслет на запястье. Этот браслет, широкая полоска кожи с круглыми металлическими колокольчиками и прочими наворотами, она, кажется, не снимала