Освобождённая возлюбленная стр. 2
ряды, убить или продать в рабство женщин и детей, а затем скрыться с оружием и лошадьми, направившись к следующей цели со значительным пополнением в отряде.
В этом отношении Кор походил на врага: по окончании сражения, он всегда брал все ценности, до которых мог дотянуться, прежде чем устремиться к следующей битве. Ночь за ночью Бладлеттер и его солдаты прокладывали свой путь по территории, что люди называли Англией, и, достигнув окраин Шотландии, они развернутся и направятся на юг, двигаясь без устали, пока каблук «сапога» не заставит их вновь повернуть назад. И затем они заново прочешут территорию, растянувшуюся на мили. Потом снова. И снова.
— Оставим провизию здесь, — объявил Кор, указывая на огромное дерево, упавшее над рукавом реки.
Пока солдаты перекладывали скудные запасы, раздавался лишь шорок кожи и временами — фырканье жеребцов. Когда припасы уложили в боковой части рухнувшего дуба, солдаты вновь сели на чистопородных коней… которые представляли единственное ценное имевшееся у них имущество, не считая оружия. Кор не признавал пользу предметов красоты и удобства… видел в барахле лишний вес, тянувший на дно. Сильный конь и хорошо сбалансированный кинжал? Это бесценно.
Когда семеро воинов помчались к городу, они не старались приглушать топот копыт. Однако они не зашлись и в боевом кличе. Бесполезная трата энергии, будто
враги нуждались в маленьком приглашении, дабы выйти вперёд и поприветствовать их.
В дружелюбной манере пара человек выглянула из дверей и тут же закрылась в своих жилищах. Кор проигнорировал их. Вместо этого он внимательно оглядел каменные норы, центральную площадь и укреплённые торговые лавки, выискивая существ на двух ногах — бледных, как призраки, и воняющих, будто вымазанные в патоке трупы.
Его отец подъехал к нему и порочно улыбнулся.
— Возможно, после мы насладимся фруктами из здешнего сада.
— Возможно, — пробормотал Кор, когда его жеребец затряс головой. Воистину, его не особо занимал секс с женщинами или принуждение мужчин к подчинению, но его отец не принимал отказов, даже когда речь шла о развлечениях.
Указав рукой, Кор направил троих из отряда налево, к маленькому строению с крестом на остроконечной крыше. Он и остальные двинутся вправо. Его отец поступит, как пожелает. Впрочем, как всегда.
Заставлять коней придерживаться шага — работа рутинная, даже для сильнейших телом, но привыкший к «перетягиванию каната» Кор прочно утвердился в седле. С мрачной целеустремлённостью его глаза пронзали отбрасываемые лунным светом тени, выискивая, прощупывая…
Отряд убийц, укрывшийся за кузницей, был вооружён сверх меры.
— Пятеро, — прорычал Зайфер. — Благословенная ночь.
— Трое, — встрял Кор. — Двое по-прежнему люди… хотя, убить эту пару… будет не менее приятно.
— Кого вы возьмёте, господин? — спросил собрат по оружию с почтением, которое было заслужено, а не обеспечено правами по рождению.
— Людишек, — ответил Кор, передвинувшись вперёд на седле, собираясь с силами прежде, чем пустить коня во весь опор. — Если есть и другие лессеры, это выведет их наружу.
Пришпорив могучего коня, и слившись с седлом, Кор улыбнулся, когда лессеры приняли устойчивое положение в своих кольчугах с оружием в руках. Однако два человека позади убийц не проявят аналогичной стойкости. Вопреки тому, что мужчины были вооружены для боя, они бросятся по кустам при первом виде клыков, удерут, как рабочие кобылы от грохота пушки.
По этой причине он