Библиотека

Откровенные диалоги о штрафниках Великой Отечественной стр. 60

Размер шрифта
-
+
Тема
время они узнали, что перед ними офицерский штрафбат, причем не урезанный, а полноценный — из семи рот: три стрелковых, рота автоматчиков, рота пулеметчиков, минометная рота и рота противотанковых ружей. Это была очень солидная боевая единица. И вот, когда они об этом узнали, то начали бросать нам листовки. Они называли их «ШВЗ» — «штык в землю». В этих листовках они называли нас «бандой Рокоссовского», призывали бросать командиров и переходить на их сторону, обещали сохранить офицерские звания, а соответственно и офицерский паёк и жалование. Подразумевалось даже, что эти листовки были для нас как пропуск на их сторону, мол, берем их в руки и переходим. Но эти листовки штрафники даже на самокрутки брать брезговали, использовали только по известной нужде.

А когда мы пошли в наступление, то они, зная, что мы штрафбат, начали отступать, каждый раз оставляя заслон на бэтээрах. Мы к этому заслону подходили, растягивались в цепь, начинали обстреливать, а как подбирались совсем близко — немцев уже не было, удирали они на машинах, и так на протяжении трех дней, пока не замкнули кольцо окружения Бреста. За это время преодолели порядка 100 километров.

Литвинов А.:  А непосредственно в штурме Бреста ваш батальон участвовал?

Пыльцын А.В.:  Нет, перед нами поставили задачу замкнуть кольцо окружения вокруг Бреста на самом ответственном направлении и стоять насмерть, не пропустить ни одного немца. Предполагалось, что они попробуют прорваться именно на нашем участке в сторону Варшавы. Мы заняли оборону, а остальные войска продолжали наступать и сжимать кольцо окружения. В итоге, как и ожидалось, немцы пошли на прорыв на нашем участке. Это были страшные бои, потери были очень серьезные. Запомнилась та операция еще и тем, что наш батальон фактически смешали с гвардейским полком. Это было необычно, потому что мы всегда воевали отдельно, а теперь офицеры-штрафники оказались в одних окопах с солдатами-гвардейцами. В тот момент каждый из штрафников понимал, что завтра он, пройдя штрафбат, может оказаться офицером именно в этом гвардейском полку. Они понимали, что этот бой особенный, в нем нельзя проявить даже капли смятения и трусости, и поэтому выкладывались по максимуму, старались, у них уже и страха в глазах не было, каждому хотелось показать себя достойно перед солдатами. В свою очередь, этими действиями и боевой дух солдат поднимали. Кстати, за эти бои командующий 70-й армией генерал Попов В.С. «за образцовое выполнение боевых задач командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом доблесть и мужество» наградил орденами и медалями 66 бойцов-переменников (штрафников).

Литвинов А.:  Да, это действительно настоящие офицеры, самоотверженные… Александр Васильевич, вопрос, может быть, несколько надоевший и тысячу раз обговоренный, но все-таки: с какими словами вы поднимали своих подчиненных в бой, что нужно было им сказать или прокричать, чтобы заставить встать из окопа под пули?

Пыльцын А.В.:  Да, на эту тему тоже много пересудов. Некоторые «знатоки» нашей военной истории утверждают, что штрафники ненавидели власть в лице Сталина и никогда, идя в атаку, не кричали «За Сталина!»: А я Вам скажу, что это тоже неправда, — кричали.

Я не знаю, что они понимали под этим, наверное, каждый свое. Сам же я, когда поднимал взвод, а потом и роту в атаку, во-первых,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.