Откровенные диалоги о штрафниках Великой Отечественной стр. 74
бандеровские силы. Может, они рассчитывают на то, что если мы принимаем, как героев, наших врагов из совсем недавнего прошлого, то примем и любые их условия? Ведь так называемый Запад уже очень давно мечтает раздробить Россию на мелкие государства или княжества.
Дмитриев А.Ю. : Какие, однако, парадоксы возникают в жизни! С одной стороны — всплеск патриотизма, потрясающие своей массовостью шествия колонн «бессмертного полка», парады 9 мая в Москве, Санкт-Петербурге и других крупных городах страны в честь Победы…. И вдруг Маннергейм, кровавый атаман гражданской войны и верная шавка Гитлера. Или тот же Краснов, улицы в честь предателя называют, и даже памятник ему, генералу СС, поставили. О чём думал, например, Сергей Иванов, глава администрации Президента и министр культуры Владимир Мединский, он же руководитель Военно-исторического общества России, которые открывали доску Маннергейму. В чём и где их логика?
Пыльцын А.В. : Не знаю, где логика, например, у Мединского, особенно как председателя Российского военно-исторического общества. Вообще, мне не совсем понятно, почему у нас военно-историческое общество возглавляет сугубо не военный человек, хотя можно назвать не одного достойного человека из числа военных историков. К примеру, Президент Академии военных наук России , доктор военных и доктор исторических наук, профессор, военный теоретик генерал армии Махмут Гареев . Или российский военный и общественный деятель, специалист в области военной истории, Президент Академии геополитических проблем, доктор исторических наук, генерал-полковник Леонид Ивашов . Полагаю, подобный руководитель общества военной истории не стал бы инициатором создания любых памятников нашим заклятым врагам в памятной всем нам войне.
В своей известной книге «Война» Мединский пишет и о штрафных формированиях в Красной армии, там он неоднократно цитирует мои ранние книги о штрафбатах, и мне казалось, что Владимир Ростиславович к этой непростой странице истории войны относится с пониманием. В своё время в одной из телепередач ему был задан вопрос: «Если бы к Вам пришел современный молодой человек и предложил рукопись, подобную книгу «Преступление и наказание» Достоевского, какова была бы Ваша реакция?»
« О, мы бы открыли ему для публикации зелёную улицу!» — ответил тогда министр культуры.
Я не один раз писал ему, будучи уже далеко не молодым человеком, прошедшим штрафбатовскую школу Великой Отечественной, и готов был представить к изданию в честь 70-летия Победы рукопись о мнимых и реальных преступлениях, о заслуженных и не очень наказаниях штрафников в той войне. Тем более, что экраны телевидения и современная пресса заполнены поделками, искажающими историческую правду. Но минкульт упорно молчал, мои запросы игнорировал, не то, чтобы открыть «зелёную улицу» . Вот и пришлось мне издавать эту книгу к Великой дате за счет своей пенсии. Эту книгу о штрафбатах, несравненно полнее, чем прежние издания, оснащённую архивными документами и реальными фактами, но вышедшую в частном издательстве малым тиражом, я послал и в РВИО, Российское Военно-историческое общество, возглавляемое Мединским.
Его помощники по РВИО, поняв, что более значительный тираж за свой счёт я осилить не мог, сказали мне: «Такую нужную книгу мы обязательно переиздадим в госиздательствах более значительным тиражом» . Какое-то время такие попытки ими инициировались, но потом вдруг все контакты оборвались. Мне остаётся лишь догадываться, что кто-то, а может и сам председатель РВИО, цикнул на своих помощников по