Открытый Заговор стр. 78
И он будет выходить не только за пределы топографических границ. Открытый Заговор также устранит и отвергнет многие существующие ограничения правил поведения и социальные предрассудки. Открытый Заговор предлагает и показывает, как положить конец тому огромному субстрату недоразвитых, плохо образованных, порабощенных, эксплуатируемых и расстроенных жизней, на которые опиралась та цивилизация, какую мир знал до сих пор и на которые до сих пор опирается большинство наших социальных систем.
Там, где это возможно, Открытый Заговор будет продвигаться путем просвещения и убеждения. Но ему необходимо постоянно двигаться вперед, и поэтому ему придется бороться с самого начала, даже когда ему еще не будет позволено просвещать и убеждать. Его первая борьба, вероятно, будет за право ясным и доступным языком распространять свою систему идей по всему миру.
Я понимаю: в допущении идеи о том, что любое существующее правительство является временным, есть привкус измены, а в любой критике общепринятых моральных норм есть оттенок безнравственности. Тем более предложение сопротивляться военным налогам и призыву на военную службу, пусть даже и сделанное в мирное время, является преступлением против абсолютных концепций лояльности. Но, предчувствуя грядущие перемены, глубокая мудрость современных атлантических сообществ постоянно расширяла границы свободомыслия уже в нескольких поколениях, так что маловероятно ожидать какого-либо серьезного сопротивления распространению этих взглядов и ранним попыткам организации Открытого Заговора в каком-либо из англоязычных сообществ и по всей Британской империи, в скандинавских странах или в таких либерально настроенных странах, как Голландия, Швейцария, республиканская Германия и Франция. Франция в послевоенные годы поспешно приняла некоторые репрессивные законы против обсуждения ограничения рождаемости и враждебной критики милитаристской политики, но такое ограничение свободы полностью противоречит ясности и открытости французского ума; на практике оно уже было эффективно отвергнуто такими писателями, как Виктор Маргерит [31] , и маловероятно, что Франция пойдет на какое-либо активное подавление начальных этапов Открытого Заговора.
Это дает нам значительную часть современного цивилизованного мира, в котором умы людей могут быть приучены к идее, что их нынешние правительства находятся в положении попечителей великого правительства грядущей эпохи. Вполне представимо, что во всех этих сообществах контуры мирового содружества могут быть материализованы и упрочены, столкнувшись лишь с незначительной борьбой, местными бойкотами, энергичными общественными дебатами, обычными законодательными препятствиями, социальным давлением и открытой политической деятельностью. Полиция, тюрьмы, изгнания и тому подобное, не говоря уже об объявлении вне закона и военных действиях, вряд ли могут быть задействованы в этой борьбе, учитывая высокий цивилизационный уровень атлантических сообществ. Но там, где они будут задействованы, Открытый Заговор должен будет мобилизовать все свои возможности и ресурсы, чтобы стать боевой силой и организовать линии сопротивления.
Непротивление, сужение деятельности только до морального убеждения не входит в планы Открытого Заговора. Перед лицом недобросовестной оппозиции творческие идеи должны стать агрессивными, должны узнавать своих врагов и атаковать их. Благодаря своим собственным организациям или с помощью полицейской и военной мощи правительств, благосклонных к его идеям, движение неизбежно столкнется с борьбой за открытость дорог, открытость границ, свободу слова и водворение мира в странах, чуждых либерализму. Открытый Заговор зиждется на отсутствии уважения к национальности, и поэтому нет причин, по которым он должен терпеть токсичные