Библиотека

Отметка Калта стр. 232

Размер шрифта
-
+
Тема

финального подвига, акта завершения, последнего отважного выхода на закате своих дней. Вот только по всем меркам предполагается, что он должен жить вечно, если только его жизнь не прервет чье-то вмешательство.

Так откуда же этот фатализм в мыслях?

Последние осколки сна все еще с ним. Око на носу корабля глядит сурово и неотрывно. Оно подведено сурьмой и прекрасно, словно чарующие глаза Медеи, но при этом и ужасно. Одно око. В нынешние дни этот символ несет совсем иной смысл. Олл видел его в своем последнем сне, когда к нему явился Джон и показал Терру, объятую огнем. Это проклятое око и есть та причина, по которой путешествие станет последним.

— Будь ты проклят, Джон, — шепчет он.

Олл встает, растирая кисти и руки. Им нужно идти, продвигаться. Они слишком долго лежали. Слишком замерзли и промокли, потеряв чересчур много тепла.

И трубачи смолкли. Это скверный знак.

— Вставайте! — произносит Олл, пытаясь разбудить их. У него немеют руки. Очень темно.

— Давайте же, вставайте! — кричит он. — Нам нужно двигаться.

Никто не шевелится, кроме Графта, который активируется от звуков голоса Олла.

— Рядовой Перссон?

— Разбуди их всех. Мы должны идти, — говорит Олл.

Что-то проносится по камням во мраке снаружи.

У Олла немеют руки, но он берется за свою винтовку.

— Вставайте! — кричит он. По-прежнему никто не шевелится. Олл целится в воздух и стреляет.

— Просыпайтесь, — говорит он.

Теперь у них нет выбора.

[отметка: —?]

Они все замерзли, промокли и испуганы, вернувшись из неприветливых снов в еще менее приветливую реальность. Кэтт плачет, но это из-за холода, а не из-за стресса. Кранк тоже готов разрыдаться, поскольку это все мерзко, и с него хватит. Олл торопит их вверх по склону, на гребень хребта.

На откосе у них за спиной что-то есть. Трубачи, как предполагает Олл. Даже трубачам известно, что порой полезнее всего сохранять молчание. Проклятые сирены тоже это знали.

Гребень высится впереди черным бугром, и это наводит на мысль, что на той стороне светлее. Возможно, рассвет? Путники забираются наверх и видят бледное, бледно-синее небо позади. Они переваливают за гребень. Олл посылает Бейла вперед, а сам занимает место в хвосте, оглядываясь в поисках существ, которые их преследуют. Отдельные участки темноты двигаются, но не настолько, чтобы прицелиться.

— Помоги нам Господь, — произносит Олл. Он верующий и не ставит божий промысел под сомнение, но временами думает, что это Бог подверг их всем этим испытаниям. Во всех священных книгах каждой религии, что он изучал, полно историй о людях, которых заставляли страдать и терпеть, чтобы достичь спасения.

Теперь его черед стать Иовом, Сизифом, Прометеем, Одином и Осирисом.

Его черед терпеть.

Более того, он страдает не ради собственного спасения.

Олл думает, что после прожитой им жизни он не заслужил новых испытаний.

Путники спускаются по склону и лезут вверх по очередному откосу. Теперь гораздо светлее. От предрассветного сияния небо впереди стало прозрачным, словно закопченное стекло. Олла внезапно озаряет ощущение, что они близко к месту, где должны находиться. Это как лишенной света ночью увидеть низко в небесах одинокую звезду и понять, что есть куда плыть. Он бросает взгляд назад. На гребне за спиной трубачи. Это огромные опухшие и массивные двуногие, обладающие длинными, уравновешивающими их тела

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.