Отныне и вовеки стр. 2
кузина и окинула одобрительным взглядом стоявшую рядом с ней высокую элегантную молодую женщину. — Вижу прежнюю Лив.
— Кстати, не рассказывай, что я была в Португалии, — поспешно сказала Лив.
— Это почему? Мартин наполовину португалец, так что ему будет приятно. Да и вообще его приручить тебе раз плюнуть. Он уже положил на тебя глаз, это сразу видно.
— Еще чего не хватает! — Лив в притворном ужасе закатила глаза. — Я серьезно, Кэрол. Ни слова о Португалии, хорошо?
— Как скажешь, — беспечно согласилась Кэрол, снова приходя в привычное безмятежное расположение духа. — Только помни наш уговор и постарайся держаться с ним хотя бы любезно. — Она неожиданно хихикнула. — Нет, только зацикленная на работе особа вроде тебя может не замечать такую шикарную добычу. Он, конечно, зануда, зато богатый, вполне светский и к тому же свободный. Чего тебе еще надо? Это Мартин Холлистер зануда? Пожалуй, слишком сильно сказано, решила Лив. Впрочем, понятно, что имеет в виду кузина. Мартин держится подчеркнуто сердечно, как член семьи, но при этом в его поведении ощущается некоторая отчужденность. Он словно парит над всеми. Что касается остального, то когда-то Лив, может, и согласилась бы с Кэрол, но только не теперь. И потом, почему свободный? В ту пору, когда они познакомились, он был помолвлен, стало быть, теперь женат?
Куда подевалась его жена? И почему он не взял ее с собой? Тряхнув головой, Лив отогнала от себя непрошеные мысли и взяла двоюродную сестру под руку.
— Вот что я тебе скажу, дорогая кузина, — поддразнила она Кэрол, подталкивая ее к выходу. — Я только сейчас поняла, что ты неисправимо корыстна.
— Ничего подобного. Просто я люблю Майкла больше всех на свете и хочу устроить наше счастье. Это называется практичностью, и не более того.
Лив промолчала.
— А мы уж думаем, куда вы подевались? — с улыбкой встретил их Майкл, когда они подошли к столику в тихом респектабельном ресторане, где праздновалась помолвка.
— Сразу видно, что ты еще очень молод, дорогой племянник, — заметил Мартин. — Женщины всегда удаляются в дамскую комнату парами и там уж с удовольствием перемывают нам, мужчинам, все косточки, заставляя нас мучиться ожиданием. Это замечание было встречено дружным смехом, и разговор стал общим. По случаю помолвки Кэрол и Майкла собрались восемь человек: сами нареченные, их родители, дядя жениха и кузина невесты. Лив попала сюда совершенно случайно. Приехав в отпуск, она решила погостить у дяди с теткой, а тут на голову свалилось это событие. Она не слишком рвалась уезжать из Лондона к незнакомым людям, но, когда к уговорам тети Клэр и дяди Джеффри присоединилась Кэрол, она сдалась. Впрочем, ни о каком дяде не было и речи. Знала бы она, кем окажется этот дядя, ни за что бы не поехала.
Лив ковыряла вилкой в тарелке, не чувствуя вкуса пищи. Она изо всех сил старалась не смотреть на Мартина, но его красивое волевое лицо притягивало ее взгляд. Строго говоря, его нельзя было назвать красавцем. Сильно выдающиеся скулы, тяжелый греческий нос, глубоко посаженные глаза чайного цвета, твердый подбородок и тонкий, на редкость подвижный рот. Однако улыбка Мартина Холлистера была неотразима. Ослепительно белые зубы и необычные при карих глазах светло-русые волосы создавали контраст со смуглой кожей, доставшейся ему от матери-португалки.