Отпуск в Италии стр. 12
ваша мать, чтобы я осталась, да и животные могут не поладить со мной…
— Как пожелаете.
В его словах Мэйзи послышалось безразличие, и она бросила на него быстрый взгляд из-под ресниц. Он смотрел на дорогу перед собой, и Мэйзи стало неловко. Нет, не от вида его широких плеч или черных волосков на груди, показавшихся в расстегнутом вороте рубашки. Блейна будто окружала аура — о, она не могла найти слов, чтобы описать это, но уже была твердо уверена, что Блейн был полной противоположностью Джефу.
Джеф был белокурым, и в лице его было что-то детское. Мэйзи влекло к мужчинам такого типа. Гэри, ее
первая любовь, был таким же. И оба оказались обманщиками. Оба были беспомощными мужчинами, но она не возражала против этого. Ей нравилось заботиться о них, суетиться вокруг них. По крайней мере, так она говорила себе в то время.
Но ни тот, ни другой не хотел заботиться о ней, внезапно поняла она. Они даже не подумали бы о том, чтобы встретить ее, как сегодня сделал Блейн. Они бы просто решили, что практичная, разумная Мэйзи могла бы и сама справиться. И ведь справилась бы, признала она. Но как приятно, что время от времени кто-то берет на себя все заботы о тебе!
Почему она не поняла этого раньше? Вероятно, слишком стремилась к тому, чтобы заставить других не командовать ею. Ведь мать пыталась делать это всю жизнь. Подсознательно Мэйзи качнула маятник в другую сторону, не понимая, что он отклонился слишком далеко.
— Хотите есть?
— Что? — Мэйзи вернулась к реальности и покраснела, будто Блейн уже был посвящен в ее мысли. — О, немного. Было бы неплохо.
— Я тоже проголодался.
Они только что проехали крошечную деревню с каменными домиками под черепичными крышами терракотового цвета, лепившуюся к крутым склонам прибрежного холма. Дорога шла высоко над водами Неаполитанского залива. Апельсиновые, лимонные, оливковые рощи перемежались виноградниками. Все вокруг купалось в золотистом свете.
— Есть на этой дороге замечательная старая гостиница, где я иногда обедаю. Там мы и остановимся. У них лучшие в мире дары моря. Вы их любите?
Мэйзи улыбнулась. Никто не мог бы назвать Блейна беспомощным мужчиной. Это уж точно.
— Да, люблю.
— Хорошо.
Он улыбнулся ей. Всего лишь мимолетная улыбка, да и глаза его сразу обратились к дороге, но Мэйзи почувствовала, что удары ее сердца участились, и это ужаснуло ее.
Что с ней творится? Она же убита горем по Джефу! Как же улыбка Блейна — мужчины, который ей даже не нравится, — может так действовать на ее чувственность? С Джефом у нее никогда не было ничего подобного, да и с другими тоже. Она считала, что только после свадьбы ласки могут быть необузданными. Подруги считали ее дурой, но казалось, что ни Гэри, ни Джеф не возражали. А Блейн Морозини возражал бы, в этом она была почему-то уверена. Она взглянула на него снова, и внезапно ей стало жарко.
Она была рада выйти из «феррари», когда они подъехали к гостинице, расположенной на головокружительном склоне среди пылающих бугенвиллий и ярко-красных гераней. До Сорренто было уже недалеко, и Мэйзи надеялась, что, подкрепившись, сможет удержать свои мысли под контролем.
Перед отъездом из Англии она впервые за несколько лет купила