Отряд мертвых стр. 33
Ничего, кроме остатков кожи и намеков на шрамы.
Левая рука. Ничего, кроме пяти длинных и острых ногтей.
Правая рука. Ничего…
– Погоди-ка, – произнес Джо.
В отличие от ногтей левой руки, на правой от них почти ничего не осталось, будто их долго и старательно стачивали. И засохшая кровь на кончиках тонких пальцев.
«Словно она пыталась что-то скрести, – подумал Джо, – прокапывая ход наружу». Хотя она должна была понимать, что это бесполезно; стена, разделявшая спальню и эту каморку, почти в фут толщиной. Чтобы ее пробить, требуется кирка, а лучше отбойный молоток.
Тогда что?
Он придвинулся к телу, уже не пытаясь скрыть свое отвращение, хотя и понимал, что физически не может коснуться трупа.
– Ни хера ж себе у тебя лицо, – заметила Дейзи-Мэй. – Думаешь, это тебе противно? Тогда подумай, каково мне.
Вот.
На дощатом полу рядом с телом лежит кучка сломанных ногтей, а рядом – послание, одно слово, нацарапанное в крови, страхе и отчаянии.
– СШКЭ, – прочитала Дейзи-Мэй. – И что это значит?
– Это ты мне скажи, – ответил Джо. – Ты это написала.
– СШКЭ? Вообще ни о чем…
Синапсы заскрежетали в мозгу Джо, ловя искру.
Он посмотрел на буквы.
Попытался не выпустить ощущение триумфа наружу.
– Местная школа. «Средняя школа короля Эдварда».
– Так мы двигаем туда?
– Ты спрашиваешь или утверждаешь?
– Джоуи, это твое шоу.
Он посмотрел на останки своего проводника-подростка.
– Тебе норм, что твое тело просто гниет здесь? Невозможно сказать, когда его найдут. Вряд ли этот дом скоро выставят на продажу.
Дейзи-Мэй фыркнула.
– В фильмах вечно нудят насчет упокоения мертвых; мне же вообще похер. Если какой-то кретин найдет кучку старых костей, я не оживу. А вот узнать, как я умерла? Это дело.
Джо был рад, что наконец-то может отвернуться от тела.
– Тогда мы идем в эту школу. Лучше быть настороже. Не помню почему, но от этого названия плохо пахнет.
– Похоже, я умерла в темной каморке, связанная и с заткнутым ртом, – заметила Дейзи-Мэй. – Думаешь, может быть хуже?
Джо улыбнулся, словно вспомнил, что такое сочувствие.
Глава 12Если за сто сорок восемь лет своего правления Герцогиня и стала в чем-то экспертом, так это в подгонке правды.
Или во лжи, если вы настаиваете на грубом варианте.
Это не означало, что ей нравится лгать, но в Загоне правда была стратегическим ресурсом, подлежащим распределению. Раздай слишком много, и у душ под ее началом разболеются животы. А уж Джо Лазарусу правда определенно противопоказана.
Нет, пусть он лучше верит, что его главная цель – раскрыть загадку собственного убийства, и именно поэтому она отправила его на Почву. Так лучше и для девушки; у нее есть планы на Дейзи-Мэй, большие планы, и у них нет шансов принести плоды, пока Лазарус не сделает то, что от него требуется. Забавно, но ложь всегда расписывалась как грех в библейских россказнях, хотя зачастую она – единственный способ сделать истинно хорошее дело.
Герцогиня откинулась на спинку кресла; хрустнула кожа. Стакан виски успокаивающе холодил руку. Часто ей было достаточно налить виски, взять стакан в руку – и отказаться попробовать. Это было то, в чем Герцогиня эпически не преуспевала на Почве, и сейчас она наслаждалась ощущением власти, которую приносил собственный отказ, ощущением контроля над своей судьбой.
«Ха».