Библиотека

Отвага стр. 6

Размер шрифта
-
+
Тема

от них как единая слаженная боевая машина. Гоплит отбивал своим копьем нацеленное на него копье врага, а сосед добивал его, и они принимались за следующего. Таким образом греки разбили намного превосходившие их численно персидские армии, а Александр Македонский дошел до Индии, всюду одерживая победы, хотя в армиях его врагов было гораздо больше лично столь же отважных воинов.

Древние римляне разделили фалангу на несколько более маневренных манипул и заменили длинное копье тяжелым коротким пилумом. Но идея «коллективной боевой машины» осталась. Сойдясь с врагом, римляне вонзали свои пилумы в щиты противников, и те вынуждены были сбрасывать их с руки. А там в дело шли короткие мечи и римские легионеры добивали врагов, опять-таки подстраховывая друг друга. Так они завоевали почти весь известный им мир, и только внутреннее разложение, порожденное рабовладением, привело к гибели Римскую империю.

Конечно, было бы упрощением представлять дело таким образом, будто древние греки и римляне одерживали победы только потому, что воины действовали совместно, помогая друг другу. Нет, такая взаимопомощь была лишь одной из сторон более высокого уровня военного искусства, включавшего в себя и продуманную стратегию — план войны, и блестящее оперативное искусство — умение собрать в кулак свои силы и ударить по слабому месту противника, вызвав панику и бегство всей его армии. Здесь мы хотим лишь подчеркнуть, что в бою одной личной смелости мало, нужно еще и умение, и искусство, и военная наука, и хладнокровие, и многое другое. И все это органически подкрепляет личную смелость, сливается в понятие воинской отваги не просто как безрассудного риска, а как смелого, умного решения, продиктованного долгом, честью, достоинством воина.

Вы что же, думаете, Багратион шел на верное самоубийство впереди своих солдат, не обнажив даже шпаги? Да и что могли бы сделать шпаги князя Андрея и капитана Тимохина против штыка первого встретившегося французского гренадера? Нет, все трое были уверены, что их солдаты не дадут им пасть от

руки врага. А солдаты, в свою очередь, видели бесстрашие командиров, и ярче разгорался в них огонь отваги. В рукопашных боях это особенно важно.

Это только в операх да в некоторых кинофильмах при звоне мечей герои клянутся друг другу в верности, оплакивают погибшего товарища, обращаются к зрителям с прочувствованным монологом. В реальной битве такие схватки могут возобновляться многократно и длиться хоть целый день с утра до ночи: были случаи, когда на протяжении дня десяток или даже более атак сменялся десятком контратак, и каждая завершалась врукопашную. Но сама по себе каждая рукопашная схватка длится считанные минуты, а то и секунды. Слишком велико у всех напряжение нервов, чтобы фехтовать часами, «как в кино». Нечеловеческим усилием воли приходится подавлять отчаянный голос инстинкта, когда тот кричит: берегись, спасайся, беги, сейчас тебе вспорют живот! И если нет отваги, человеческий страх переходит в страх животный, когда разум выключается, когда действуют только инстинкты самосохранения, стадности, самоспасения любой ценой. И тогда паника. И тогда разгром. И тогда верная гибель. Даже если противник много слабее.

Не зря же сложена солдатская пословица: смелого пуля боится, смелого штык не берет! «Не боится» и «берет» обезумевшего от страха.

В одном из исторических фильмов Стенли Кубрика есть такой эпизод времен Семилетней войны середины XVIII

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.