Отважная лягушка. Часть 3 стр. 122
даже инструменты не моет! - едва не взвизгнула девушка, судорожно пряча руки под одеяло. - Неизвестно, кого им до меня резали? Может, с дизентерией, а может, с гепатитом!"
- Это совсем не больно, госпожа Юлиса, - презрительно скривил губы лекарь. - Вы почти ничего не почувствуете.
- Я и без кровопускания справлюсь, - набычилась Ника. - Незачем мне руки резать. Ещё шрам останется.
- Госпожа Юлиса! - прикрикнула тётка. - Прекратите сейчас же! Никто не обратит внимания на такой крошечный шрамик.
- Давайте руку! - решительно потребовал Рунир Шохоем.
- Сначала свои вымойте! - огрызнулась непреклонная пациентка. - И ножик тоже!
- Замолчите сейчас же! - рявкнула госпожа Септиса. - Вы ведёте себя совершенно недопустимо!
- А у него нож грязный! - не уступала племянница. - Отец говорил, что все инструменты, которыми лекарь касается больного, нужно мыть в кипятке!
- Что за чушь! - презрительно фыркнул собеседник. - Ваш отец врачеватель? Где и когда он учился этому искусству?!
Понимая, что ответить нечего, девушка замолчала, упрямо сжав губы.
- Госпожа Септиса! - победно улыбнувшись, Руним Шохоем обратился к хозяйке дома. - Как видите, на лицо явные симптомы наличия лишней крови. Ваша племянница рискует в любой момент лишиться чувств и на сей раз она так быстро не очнётся.
- Риата! - рявкнула хозяйка дома. - Помоги госпоже!
Но служанка, закрыв глаза, отчаянно замотала головой.
- Ну хорошо, - зловещим тоном предупредила хозяйка дома. - С тобой я потом разберусь...
И резко скомандовала:
- Трида, Ушуха, держите госпожу Юлису!
Не ожидавшая ничего подобного, Ника отчаянно закричала:
- Не сметь, мерзавки!
И тут же сорвала голос, пустила петуха. Игнорируя её злобное сипение, невольницы госпожи Септисы навалились, прижимая девушку к кровати.
- Пошли прочь! - продолжала бушевать больная. - Не дам! Не дам, я сказала!
Возможно, в добром здравии и в хорошей физической форме она могла бы справиться с этими неуклюжими бабами. Но сейчас после приступа рабыни легко скрутили её, лишив возможности двигаться. Тогда совершенно остервенев, девушка ударила лбом в оказавшееся слишком близко лицо Триты. Невольница охнула, схватившись за нос, а Ника, освободив правую руку, потянулась к закреплённому на лодыжке кинжалу.
- Шороп, держи! - крикнул Рунир Шохоем, уже вцепившийся в левое запястье буйной пациентки.
Чернокожий невольник, безучастно наблюдавший за вознёй женщин на узкой кровати, в миг оказался рядом и всей тушей рухнул на прикрытые одеялом ноги девушки. Та попыталась повернуться на бок, чтобы хоть так достать оружие, но не смогла даже пошевелиться под тяжестью
стразу трёх тел.
- Кто-нибудь, принесите чашу, - отрывисто приказал лекарь, без труда преодолевая сопротивление пациентки и расправляя её руку поверх одеяла. - Да, вот сюда подставьте, чтобы постель не запачкать.
- Нож чистый возьми, урод! - истошно засипела Ника, ощущая свою полную беспомощность, явственно напомнившую ей ту трагическую ночь, когда она стала калекой.
Пренебрежительно хмыкнув, эскулап точным ударом пробил натянутую кожу чуть ниже локтевого сустава.
Обмякнув, девушка закрыла глаза и заплакала. Она не видела, кто подставил чашку, зато хорошо слышала, как туда капала её кровь.
Первым больную отпустил негр. На миг у той мелькнула шальная мысль всё-таки выхватить кинжал