Отважная лягушка. Часть 3 стр. 97
сожалению, я его как следует не рассмотрела, - нисколько не покривила душой та.
- Ну хоть то, что не такой уж он и старый, увидела? - не отставала настырная старушенция.
- Но и не молодой, - не выдержав, сердито пробурчала себе под нос Ника.
- Вам тоже не пятнадцать лет, - опережая свекровь, сухо заметила тётушка.
Старательно удерживая натянутую улыбку, племянница отодвинула тарелку. Есть уже совершенно не хотелось, зато появилось жгучее желание ответить что-нибудь вежливое и обидное. Вот только в голове, как на зло, вертелись одни ругательства.
За столом повисла настороженная тишина. Гэая с каким-то нездоровым любопытством поглядывала то на неё, то на неторопливо жующую мать.
Внезапно послышалось недовольное ворчание хозяина дома, а через несколько секунд, опираясь на плечо старого раба, появился он сам. Не обращая внимания на настороженные взгляды родственников, Итур Септис Даум торопливо проследовал в направлении уборной.
- Столь неумеренное потребление даров Диноса не делает чести благородному мужу, - с плохо скрытым осуждением покачала головой мать регистора Трениума и неожиданно поинтересовалась:
- Ника, а те дикари, у которых вы жили, вино пьют?
Рассматривая столь резкую смену темы разговора, как своего рода сигнал к примирению, девушка охотно ответила:
- В Некуиме не растёт виноград.
- А я читала, будто северные варвары делают вино из кобыльего молока, - блеснула эрудицией Гэая.
- Лошадей аратачи тоже не разводят, - усмехнулась её двоюродная сестра.
- Госпожа Ника! - окликнул её дядя, возвращавшийся из туалета уже без посторонней помощи.
- Да, господин Септис! - отозвалась племянница.
- Завтра с утра оставайтесь дома и свою рабыню тоже никуда не отсылайте, - распорядился хозяин дома, и на его красной, как кирпич, физиономии расплылась довольная улыбка. - Будем исполнять вашу клятву.
- Спасибо, господин Септис! - искренне поблагодарила девушка. - Да хранят вас бессмертные боги и пошлют ещё множество благ!
- О какой такой клятве идёт
речь? - насторожилась тётушка.
Ника охотно рассказала о верности Риаты и своём обещании дать ей свободу, подкреплённом обращением к Анаид.
В отличии от самого регистора Трениума, его мать, супруга и даже дочь поддержали данное решение.
- Подобная преданность очень редко встречается у этих скотов, - проворчала Торина Септиса Ульда.
- Не даром говорится: сколько рабов, столько врагов, - усмехнулась её невестка.
- Ты правильно сделала, решив наградить свою невольницу, - одобрительно кивнула старушка.
Услышав о том, что уже завтра она может обрести свободу, Риата расплакалась, упала на колени, обещая служить верой и правдой, отдать жизнь за госпожу и т.д., и т.п..
Однако, через пару часов, помогая хозяйке раздеться, уже выглядела какой-то озабоченной. После недолгих расспросов выяснилось, что разговор за ужином имел неожиданное продолжение. Госпожа Пласда Септиса подарила рабыне племянницы старые, но ещё крепкие и довольно симпатичные сандалии.
- Они тебе не подошли? - участливо поинтересовалась Ника.
- Даже чуть великоваты, - понизила голос собеседница.
- Тогда чем ты недовольна? - удивилась девушка, присаживаясь на кровать.
- Трита предупредила, чтобы я даже не думала к их хозяйке подлизываться, - тревожным шёпотом сообщила невольница. - Она им, видите ли, уже все уши прожужжала, какая я верная и преданная. Вот я опасаюсь. Тут